Люся, которая всех бесила

– Можно, – согласилась Люся и встала, но за курткой не спешила.

Кто его знает? Вдруг он просто ухлопает навь как единственного свидетеля? А с другой стороны, нави все равно никто не поверит, так что вроде она никому пока не мешает.

– Поехали уже, – раздраженно прошипел Ветров.

Люся переглянулась с Носовым. Тот пожал плечами и ни с того ни с сего брякнул:

– Глеб Жеглов тоже был мареном.

Фига се у него аргументация!

– Поехали, – решилась.

Люся устроилась сзади, не желая находиться к Ветрову слишком близко.

Охрана за ними не поехала. Это плохо или хорошо? Вдруг Люся все-таки довела Ветрова до ручки и он прикопает ее в ближайшем лесочке?

Но интуиция не предвещала опасности, и Люся решила довериться судьбе.

– Не думай слишком много, – посоветовал Ветров, – я собираюсь создать прецедент и предоставить навь в качестве свидетеля. Войду в анналы судебной практики – вдруг тебя все-таки убьют и повышение накроется медным тазом.

– А твой отец?

– А при чем тут отец? Он в Москве, а Терентьев сядет.

– Кто? А, номинальный владелец. Вряд ли ему дадут очень много – нави считаются неодушевленными. Вы ему заплатите, чтобы он промолчал о ваших финансовых схемах, и из тюрьмы выйдет богатый человек. Обычное дело.

– Люсь, – устало сказал Ветров, – отец не был в городе десять лет, а Терентьев примерно столько же никуда не уезжал. Не думаю, что они обсуждали подобные дела дистанционно, не идиоты же.

– Ты кого сейчас убеждаешь?

– Мы перетрясем всю бухгалтерию клуба, посмотрим, куда были заныканы доходы с навей. Наверняка это недешево стоило. Допросим клиентов. С перьями у меня есть повод для возбуждения уголовного дела, руки будут развязаны.

– А! – обрадовалась она. – Вот чего ты так возбудился! Неучтенные доходы! Почувствовал себя обокраденным?

В ответ он просто сделал музыку погромче.

Навь они нашли там же, где Люся ее оставила, – в Сиреневке. Небольшой дачный поселок был пуст, и выбрать единственный домик, откуда шел дым, не составило труда. Навь выслушала их спокойно и так же спокойно сразу на все согласилась – и дать показания, и поселиться в однушке, предложенной Ветровым. Ей, кажется, было все равно.

Назад Люся возвращалась опять на заднем сиденье: уж лучше сидеть бок о бок с умертвием, чем с Ветровым.