Люся, которая всех бесила

Люся и сама часто увлекалась, переходила грань, но чувства попавшего на камеру арха ей было очень легко представить.

Флегматичный Зорин, в отличие от эмоционального Носова, на нее орать не стал, только раздраженно отшвырнул мышку и ушел на кухню пить чай.

Деликатная Маша Волкова выскользнула за ним.

– Люсь, ты чего? – сердито спросил Носов. – Тебе кто-то хвост прижал?

– У нас серия, Костя, – ответила она устало, – и Великий Морж попросил не мешать им работать.

Глаза Носова вспыхнули, и он возбужденно выдохнул:

– Ух ты! Но потом эксклюзив наш?

Она расхохоталась, слегка истерично.

После обеда в кабинет Люси влетела Ольга с влажными потемневшими глазами и прошептала:

– Шеф, там… там!

Заинтересованная, Люся выглянула за дверь.

Да. Тут было на что посмотреть.

В центре приемной стоял неземной красы юноша – гибкий, смуглый, невероятно чувственный, излучающий сексуальный магнетизм такой силы, что у Люси немедленно потянуло внизу живота.

– Это что такое? – с запинкой пробормотала она, невольно делая шаг вперед.

Молодой ярила скромно потупился, что нисколько не уменьшало сокрушительного впечатления, едва не сбивавшего с ног.

– Люсенька? – шепнул он глубоким бархатным обволакивающим голосом. – Я ваш подарок.

Ольга едва не всхлипнула от переизбытка чувств и торопливо зажала себе рот рукой.

И все очарование рухнуло, будто кто-то запустил булыжником в волшебное зеркало.

– Подарок, стало быть, – язвительно откликнулась Люся. – Надеюсь, за тебя уже заплатили? А то не успеешь глазом моргнуть, как окажешься нищей. Знаю я эти штучки.

Юноша снова улыбнулся. Черт, что за ямочки… А уж ресницы!

– Я в вашем распоряжении до утра, – проникновенно сообщил он.

Люся оценивающе обошла его по кругу. Сколько может стоить такая прелесть?

Впрочем, у Ветровых денег куры не клюют. Могут себе позволить.

– Ну заходи, подарок, – насмешливо предложила Люся, – расскажи мне, что ты умеешь. Массаж? А то нога ноет, на смену погоды поди…

И пока ярила расстегивал ей сапоги, она настрочила Ветрову сообщение: «Продлеваю на неделю». И смайлик-поцелуй.

Подарок звали с претензией – Лукьяном.

За обедом он вел себя безупречно, вольготно расположившись в пафосном ресторане, куда потащила его Люся.