Ороро

– Что смешного?! – разозлился он, аж ножкой притопнул.

– Я не должен тебе подчиняться, – успокоившись и отдышавшись, сказал Ингрэм, – и не буду. Вас, тэйверов, изгнали, ясно? Мы победили: народы объединились, и маги прокляли всех вас, теперь вы шагу не можете ступить по Срединному миру. Не знаю, почему ты все еще жив, ведь те, кто не успел уйти в Нижний мир, превратились в пыль. Убивать тебя я не стану, но и помогать тоже. Хватит с меня несчастий из-за твоего народа.

Давняя привычка смиренно склоняться перед тэйвером смутно зашевелилась в груди, но Ингрэм быстро ее подавил.

– Постоянные Двери в Великих городах запечатали так, что они более не могут открываться в Нижнем мире, да и если тебя, тэйвера, увидят, то убьют, не раздумывая. Здесь, в этих краях, на границе с Дикими землями, частенько открываются случайные Двери, и некоторые ведут в Нижний мир. Попробуй поискать, может, тебе повезет.

– Ты, должно быть, шутишь, – прошептал тэйверенок. Его лицо стало совсем светло-серым, он задрожал, даже губы затряслись. – Это неправда! Нас не могли одолеть какие-то жалкие людишки!

Ингрэм поскреб затылок, но не стал поправлять, что их одолели не только жалкие людишки, но и уркасы с шэйерами.

– Как же так? – бормотал в отчаянии тэйверенок. – Но… но тогда все сходится, и они в самом деле… – Он крупно сглотнул, поежился и запинающимся голосом сказал: – Человек, помоги мне попасть в Нижний мир, и моя сестра щедро тебя вознаградит.

Ингрэм скептично взглянул на него. Тэйверенок нахмурился.

– Я сказал – помоги мне попасть в Нижний мир.

– Нет.

– Но мне же ни за что не добраться туда одному! – возмутился тэйверенок. – Я со вчерашнего дня брожу тут в лесу! Я есть хочу! И пить! Я отправил весточку сестре и главному мастеру, как нас учили, и месяц ждал, пока кто-нибудь ответит, но никто не ответил! Что если они все – все! – умерли?! А ведь моя сестра только начала собирать волосы во взрослую прическу!.

– Что? – растерялся Ингрэм от столь стремительного перехода.

– Уруре не дозволялось собирать волосы во взрослую прическу, пока ей не исполнится, – тэйверенок посчитал на пальцах, – тридцать, но она собирала дома, когда кроме нас там никого не было, я помогал ей! – Он дернул себя за длинную черную косу до пояса.