Ворон

– Представишь свою спутницу? Пока местные сплетники не напридумывали бог весть что.

– Мартинити Дакаста, адептка Университета чароплетства.

– Неожиданно, – растерялась его мать, изящным движением поправляя выбившуюся из прически прядь. На ухоженных пальцах блеснули драгоценные камни.

Надо отдать должное, истинная леди быстро взяла себя в руки, лишь на краткий миг ее лица коснулась тень тревоги. Она бросила быстрый взгляд нам за спину и протянула мне руку.

– Приятно познакомиться.

Как я ни старалась, не смогла уловить в ее голосе и нотки фальши.

– Мне тоже, – прошелестела я, склоняясь в подобии реверанса.

– Леди Лариана Асти, дарата Риолийская, моя мать.

Отлично: я сейчас жму руку дарате и абсолютно не знаю, что следует делать дальше. Спасибо, мужчина моей мечты, ты сегодня сам себя переплюнул!

– Можешь звать меня леди Лара, когда вокруг не будет виться столько любителей собирать и перевирать новости, – весело откликнулась мама Асти… хм, Рантара… Рани.

Ох, меня опять понесло куда-то не туда, даже от мысленного произношения почувствовала, как к щекам приливает кровь, а внутри что-то отзывается приятным томлением. Перехватила заинтересованный взгляд Рантара, он изогнул бровь, как бы спрашивая: «Ну и о чем ты сейчас подумал, несносный мотылек?» Надо срочно собраться!

В глазах леди Ларианы, наоборот, плясали озорные огоньки. Она излучала искреннее радушие, и верить в то, что оно показное, очень и очень не хотелось.

– Спасибо, я благодарна вам за теплый прием…

– Блудный сын явился, ну и ну! – перебив на полуслове, пророкотал у меня за спиной незнакомый бас.

Спустя мгновение, скептически щурясь, показался седовласый мужчина, похожий на Асти, как два рисовых зернышка. Только глаза у него были зеленого цвета.

– И я рад тебя видеть.

Рантар учтиво склонил голову, я молча повторила.

– Хоть так – и то хлеб, – проворчал хозяин дома, пряча улыбку. – Старина Кархельм мне все уши прожужжал, что отпрыск рода Риолийских – как кость в горле у столичного Управления порядка.

Рантар ухмыльнулся, как ни странно, довольный столь нелестным отзывом в свой адрес.

– Руки коротки. Лучше бы спали меньше, а делали больше. А Кархельм пусть вспомнит приключения своего младшенького.