Темные боги. Книга 1. Сумеречный город

Когда-то это были безлюдные трущобы, но после Запечатывания примерно две тысячи ноктанцев оказались в этом мире без возможности вернуться в свой, и тогда их загнали в эти перекошенные, полуразрушенные многоквартирные здания и заставили называть Нексус своим новым домом.

Ластрайдеры, как эмиссары в Ноктусе, приняли на себя обязанность снабжать припасами перемещенных ноктанцев. Большинство ваеганцев презирали беженцев или просто-напросто им не доверяли, поэтому ноктанцам было трудно найти работу, раздобыть еду и лекарства.

Таисия вспомнила девушку – наполовину ноктанку, которую утащили с рынка стражники, и подумала о том, чем все для нее закончилось.

Таисия с братом и сестрой шла рядом с фургоном, Елена сидела на скамье с возницей. Стражники дома, которые прикрывали их с флангов, в этот день были особенно бдительными. Таисия то и дело поглядывала на брата: он был бледен и как-то необычно для него напряжен.

– Здесь всегда пахнет гвоздикой и чесноком. Тебе так не кажется? – спросила Таисия, пытаясь поддразнить брата.

Сама же она считала, что запахи квартала Ноктус похожи на запахи в базилике и гораздо сложнее, чем гвоздика или чеснок. Здесь веяло чем-то густым, сладким и темным. Это напоминало поздний час морозной осенней ночи, когда в воздухе веет гниющей листвой и новым урожаем.

«Можно сказать, – подумала Таисия, – здесь пахнет как на границе между жизнью и смертью».

Данте что-то уклончиво буркнул. Таисия повернулась к Брайли, которая шла по другую руку от нее:

– Би, а ты как думаешь? Пахнет тут гвоздикой с чесноком?

Брайли зло глянула на сестру и натянула на голову капюшон.

– Все хорошо? – тихо, чтобы не услышала мать, спросила Таисия. – Я заметила, ты в последнее время какая-то кислая.

– Все хорошо.

– Чего-то не верится.

Брайли шумно выдохнула, но скорее от усталости, чем от раздражения.

– Вы двое постоянно куда-то тайком уходите, секретничаете. Может, перестанете и расскажете уже, что у вас на уме?

– Да будет тебе.

Таисия только тут заметила, что у сестры покраснели белки глаз, а ее фамильяр вяло висит на плечах, как легкий тонкий платок.

– Можешь дурачить кого-нибудь еще, но я-то тебя знаю, – недовольным тоном сказала Брайли.