Всегда

Может, в последнем я немного и добавила от себя, но смысла от этого оно не потеряло. Все предопределённо за нас. У чистокровных немного все радужнее, они могут при желании сами выбирать для себя сферу деятельности. Но по факту, ты все равно обязан служить во благо своей расы и никак иначе. Ты одна из шестеренок в огромном и сложном механизме, но если ты неисправен, то от тебя тут же избавятся. Мы жили и воспитывались на грани страха и трепета перед этим небольшим сводом законов.

Те, кто допускал вольности и ошибки сразу же жалели об этом.

Я провела ладонью по руке, от плеча и до локтя, почувствовав тонкие полоски загрубевшей кожи. Это всегда помогало не забывать о том, кто я есть и чего стоит моя жизнь.

Тем временем, мы повернули к огромным кованым воротам с названием Уорингтон над ними. В автобусе тут же стало тихо, в воздухе словно наэлектризовалась каждая молекула. Мы словно ехали на плаху, каждый день боясь сделать опрометчивый шаг. Я немного ослабила ворот белой рубашки под серым пиджаком и вытерла ладони о грубую ткань брюк.

Мы так и выглядели… как заключенные. Я ненавидела все это, ненавидела каждый день своей жалкой жизни. Если бы у меня был выбор, то лучше бы я и вовсе не рождалась.

Автобус дернулся и передняя дверь громко ударилась створкой, извещая нас о прибытии на место.

– Джейн? – я невольно дернулась и повернулась к Кейти, что сидела рядом со мной. Ее короткие черные волосы ровными прядями лежали на плечах, а зеленые глаза в нетерпении осматривали мое лицо.

– Я снова это делаю, да? – она лишь улыбнулась краешком губ и коротко помотала головой.

– Ты всю дорогу не вымолвила и слова, все в порядке? – подруга поднялась со своего сидения и повесила серую потрепанную сумку на плечо. Тем временем студенты тянулись к выходу, явно нехотя покидая свои места.

– На столько, на сколько это возможно. – усмехнулась я и уже собралась встать вслед за ней, как вдруг волосы на затылке натянулись.

– Ох, прости. – позади прозвучал приторный женский голос и девушка сдвинулась, освободив тем самым несколько прядок, выбившихся из моего хвоста, что оказались свешенными со спинки сидения. – Знаешь, ножницы еще никто не отменял. – недовольно пропыхтела Сара и нахмурившись двинулась к проходу. Ее рыжие кудряшки подпрыгивали в такт каждому шагу. Я настолько привыкла к ее колкостям, что даже не удосужилась закатить на это глаза.