Узники мира снов

Девушка вспомнила вспышку боли в тот момент, когда он ее ударил.

Мразь. Животное. Она его ненавидела.

Тем временем мужчина кивнул на второй стул рядом с ней, предложив девушке сесть. Он был одет как в их первую встречу. В темно-синий камзол, расшитый ниткой цвета слоновой кости, и высокие черные сапоги, начищенные до блеска. Его кожа на контрасте с белым казалась темнее, нежели тогда, у озера.

Он откинулся на спинку стула и выжидающе уставился на нее, закинув ногу на ногу. Вот только теперь на нем была маска: выкованная из железа, она закрывала его шрам и добрую половину лица.

Рэйна пнула ногой стул – тот отлетел в другой конец комнаты, ударившись об стену. После этого девушка демонстративно осталась стоять напротив мужчины, упершись руками в стол. Она смотрела прямо ему в глаза.

– Что вам нужно? – процедила она, ловя малейшее движение мужчины, словно готовая к броску кобра.

Но тот не двигался. Лишь не мигая смотрел на нее. Глаза в глаза.

Прошло несколько секунд. Потом из-под маски донесся голос, совсем немного похожий на человеческий:

– Я бы хотел с тобой поговорить. И заодно извиниться за то, что пришлось тебя ударить. Сама бы ты не отдала Таркалион, верно?

Девушка зашипела ему в лицо:

– Мне не нужны твои извинения, червяк. Верни то, что принадлежит мне.

Мужчина засмеялся, откинувшись на спинку кресла. Его смех был похож на скрежет камня о камень. Возможно, дело было в маске. Она помнила, что его голос у воды был другим – более мягким и красивым. Мужчины с такими голосами часто сводили девушек с ума, лишь прошептав на ушко их имя.

Рэйна перевела взгляд с его глаз на широкую грудь, затянутую в плотную ткань. В ослепляющем свете его темно-синий камзол ярким пятном выделялся на фоне стен, снова ставших белоснежными.

– А ты забавная, – протянул он, хотя сама она так не считала. – Мы можем быть друг другу полезными: я расскажу тебе, как здесь все устроено. А тебя сразу же отсюда выпустят, если пообещаешь, что будешь нам помогать и не натворишь глупостей.

Тут уже настала ее очередь смеяться. Из собственного горла смех вырвался еще более неприятным звуком, нежели из-под маски мужчины. Это заставило Рэйну мысленно поморщиться.