Академия нечисти: пленных не берем

С самооценкой у парня полный порядок, если он эту побрякушку даже не скрывает, ведь это как костыль для тех, кто без костыля обойтись не способен! Голос у молодого человека был громким, уверенным и чистым – вообще-то, я по одной интонации могла сразу догадаться, кто он есть:

– Оланир? Серьезно? Червяки все-таки полезли через границу?

Нилла пожала плечами:

– Абсолютно серьезно, Лоран. Но мой отец с ней общался и не нашел ничего подозрительного – обычная девчонка откуда-то с окраины, документы в порядке, магическая сила есть.

И она много тренировалась, желая поступить именно сюда. Давай пока постараемся не делать выводов, кузен.

– Сюда из Оланира? – произнес он снова, не отрывая от меня взгляда.

Я сразу почувствовала, как рушатся все мои надежды. Виола отскочила от меня как от прокаженной, оборотни за ближайшими столиками дружно скривились, остальные же посматривали больше с любопытством, хотя общее напряжение ощущалось отовсюду. Что ж, я ведь на это и настраивалась, верно? Потому ответила я с таким же звенящим раздражением, которое показал мне он:

– Сюда из Оланира! Серьезно! Между нашими странами мир уже три года, если тебе не сообщили.

Еще вопросы?

– Ты как со мной разговариваешь, девка?! – рявкнул он, вставая.

За ним начали зачем-то подниматься все оборотни. Вот тебе и статусы как они есть. Этот, хоть и не наследник престола, но племянник самого императора, а оборотни – обычные вояки, для которых приказы сверху важнее всего на свете.

Также он в родстве с графом Кингаррой, насколько я в курсе. Потому эта самодовольная девица, дочь довольно общительного и приятного Лаура Кингарры, с ним разговаривает не как с титулованным отпрыском, а как со своей родней.

Такой вопрос без ответа я оставить не могла, потому заорала тоже:

– Как студентка со студентом. Ничего личного! Но если у тебя или кого-то еще возникнут вопросы о моем происхождении – так извольте, отвечу. Особенно запросто отвечу тем, кто в магии бездарь! – я смотрела прямо на него, чтобы не усомнился, кого я имею в виду.

– Что, прости? – Лоран вдруг улыбнулся. И у меня мороз по коже побежал от этой улыбочки. – Ты сейчас что сказала? Я не расслышал.

– Еще и со слухом беда, – констатировала я и, изображая гордое превосходство, пошла в сторону.

На самом деле я так спешила, чтобы никто не заметил, как от волнения у меня затряслись руки и ноги.