Академия нечисти

Я утром повторяла Норе, что боюсь Лаура Кингарру, но настоящая правда была в другом – здесь находился человек, который пугал меня намного-намного сильнее. И пока непонятно чем именно.

Он не повернулся ко мне, но вдруг сказал:

– Подожди, я почти закончил.

– Могу я помочь? – вопрос прозвучал неожиданно для меня самой.

– Не надо. Я почти закончил, сказал же, – ответил с каким-то нажимом.

Я уж точно не собиралась с ним спорить или, тем более, злить. Но Иниран будто подчеркнуто тянул время, водя шваброй еще медленнее.

А мне даже нравилось, что он тянет – скоро все закончится. Интересно, мне станет пусто без этого чувства внутри?

Закончив, он неспешно понес принадлежности за стойку. Потом наклонился над умывальником, помыл руки и ополоснул лицо. Подхватил полотенце с крючка и, вытираясь, пошел ко мне. Я бы заморозила это мгновение, чтобы переживать его бесконечно.

– Все, выдохни, – сказал, когда подошел совсем близко. – Сложно было?

– Легко. Но неприятно, – отважно соврала я.

 – Поспеши, будь человеком.

Но когда он наклонился, я отшатнулась.

– Ты что делаешь?

– Я должен тебя поцеловать, чтобы снять собственное заклинание. Ты вообще, что ли, ничего не знаешь о колдовстве?

А я смотрела на его губы и думала лишь о том, что мое сердце разорвется на части, если я смогу к ним прикоснуться. Закрыла глаза и сжалась, чтобы не слишком выдать свое волнение:

– Тогда делай, Иниран. И лучше быстро.

Но в ответ он рассмеялся. Я уставилась на него в удивлении.

– Я пошутил. Прекращай быть такой наивной.

Закусила губу и ничего не ответила. Просто продолжения издевательств. Переживу. Пусть только снимет это бесово заклятие, и я смогу его возненавидеть в той же степени, в которой сейчас тянусь!

Он, к вящей моей радости, больше медлить не стал. Точно так же, как два дня назад, вскинул руки в стороны, закрыл глаза и зашептал. И опять я уловила среди витиеватых звуков только свое и его имя. А потом меня как ледяной волной обдало.

Я смотрела в синие, теперь распахнутые глаза, и не чувствовала той же нестерпимой влюбленности. О, глаза оставались такими же синими, а лицо таким же красивым, но гипноз испарился, как будто его и не было.

– Вот и все, – он легко пожал плечами. – Надеюсь, без обид. Темно уже, тебя проводить до корпуса?

– П-проводить? – я только приходила в себя.

– Просто инкубы иногда отлавливают таких вот жертв и утаскивают к себе. Жертвы обычно остаются довольными.