Академия нечисти

Я снова посмотрела на Анаэля. Ничего, от платиновой шевелюры до очень светлых серых глаз, не намекало на это. Так зачем такие признания? Но его словно несло. Как будто бедный парень давно хотел высказаться, да подходящие уши вот только нашлись:

– Но гонору у всех… Ты не представляешь! Я, наверное, эту каплю человечности от пращура и унаследовал. Меня так тошнит от эльфийского высокомерия, что говорить с ними не могу. Они самолюбованием занимаются с тем же рвением, как инкубы любовью. Потому попытаюсь общаться с тобой.

Я не знала, что ответить, и потому кивнула. Открыла тетрадь, чтобы приготовиться к началу лекции, но Анаэль мое действие тут же прокомментировал:

– Ты сейчас не ссутулилась? Не ссутулилась же? Потому что это было бы крайне омерзительно.

Я мигом выпрямила спину.

К счастью, лекция оказалась очень интересной. Я записывала буквально все, хотя и половины не понимала. Профессор рассказывал о разных свойствах трав, а я некоторые названия впервые слышала.

Анаэль в паузе, когда профессор чертил схему на доске, заглянул в мои записи и выдал визгливым шепотом:

– И это твой почерк? Как будто ногой писала! Сделай что-нибудь со своей человеческой частью, Тиалла, она отвратительна!

И будто бы в доказательство своих слов показал мне на свои листы, где каждая буква была увешана завитушками, как деревья листьями.

– Я постараюсь, – заставила себя ответить. – Дашь переписать начало конспектов?

Он перестал выпячивать идеальные губки и растянул их в улыбке:

– Заметила безупречную каллиграфию? Тогда дам, конечно. Я же не эти вот все.

Мне оставалось только соображать, что если остальные еще сильнее страдают самолюбованием, то меня ждут очень темные времена. Высокомерие эльфов оказалось сильным преуменьшением, если самый человечный из них уже невыносим.

Слишком много странных знакомств за один день, слишком много!

Квест 4: Начать изучение правил

Анаэль, несмотря на свой спорный характер, оказался очень полезным приятелем. Мало того, что он снабдил меня конспектами, которые я обязана была переписать за две ночи, он заодно и высказался обо всех моих предыдущих знакомых со свойственным ему высокомерием:

– Все вампиры – упыри, что и так понятно по их названию. Присосутся, бесам не отодрать.