Двойня для чайлдфри

Клим несколько минут рассматривал Наталью, а затем вдруг попросил:

– У тебя еще сигареты есть? Угостишь?

– Ты что, куришь? – подняла бровь Катя.

– Очень редко, а сейчас вот потянуло.

– Ладно, слушайте, – торопливо заговорила Наташка, стряхивая пепел и протягивая Климу пачку с зажигалкой. – Ты, Катюш, сбрось мне, что вам надо, я в облако запихну и тебе пароль скину. Не хочу Чистякова обижать, но и работа сама не сделается.

– Осадчий – это чей заместитель? – уточнил Клим, подкуривая и затягиваясь с блаженной миной.

– Исполнительного, – ответила Наташка. – Редкое чмо.

– А твой ребенок чем болен? – спросил Аверин.

– Астма у нас, – Наташка отобрала у него пачку и достала еще одну сигарету. – Самое паршивое, приступы ни с того, ни с сего. Так-то мы нормально с ним. Вот собиралась в отпуск в санаторий его свозить, а теперь уволюсь и поедем. Ему в соляных шахтах хорошо дышится.

– Кто он?

– Король Ночи, кто еще. Ладно, ребят, побежала я, заболталась, – Наташка торопливо затушила недокуренную сигарету и скрылась за дверью курилки.

– Козлина он, – недобро глядя ей вслед, выдала Катя.

– Кто, Чистяков?

– Да нет же, владелец новый. Всех нормальных разгонит к чертовой бабушке.

– Ты считаешь, он совсем безмозглый? Может, его неправильно информировали? Сразу козлина…

– Бросай курить, Аверин, – вздохнула Катя, направившись к выходу, – тебе не идет.

И это была чудовищная неправда.

* * *

– Смотрите, наш новый генеральный! – Анька наполовину высунулась из окна, и ее внушительная грудь грозила в любой момент нарушить равновесие. – Ничего так мужчинка!

Катя и себе подбежала к окну, интересно же! Внизу по дорожке к центральному входу двигалась процессия мужчин в костюмах. Впереди выделялся один, рослый, лет сорока-сорока пяти, и при его уровне доходов это означало, что ему прилично так за пятьдесят.

– Рабовладелец? – прищурилась Надя и встала рядом, вытягивая шею. А потом покачала головой. – Нет, не он. Я слышала, наш молодой, совсем пацан. И тридцатника еще нет.

– Разве ж это молодой! – фыркнула Катя, так старательно разглядывая процессию, что даже кончик языка высунула.

Сзади шумно поперхнулся Аверин, на звук повернулась Надя.