Любовник моей дочери

Женщина я свободная, что хочу, то и делаю!

Глава 2. Люба

Выходим из клуба и Денис ведет меня к своей машине. Слышу, как щелкает брелоком и перед глазами возникает немецкое элитно авто. Автомобиль поражает, мало того, что незнакомец молод, он еще и обеспечен.

– Скажешь, как тебя зовут?– смотрит на меня, закуривая сигарету. – Может быть, и я боюсь ехать с незнакомкой в ночь, – улыбается игриво.

– Любовь меня зовут. Люба, – отвечаю Денису.

– Красивое имя. Давно ее ищу, – произносит, сканируя мою внешность.

– Ее?

– Любовь, в смысле. Хорошее чувство. Редкое, – отвечает, выдыхая дым.

– Согласна, – говорю, оказываясь у внедорожника.

– Замужем?

– Была два раза, но больше не хочу, – отвечаю Денису. Понимаю, что стоило бы быть более кокетливой, но пять бокалов шампанского и желание больше никому не угождать – делают свое дело.

– Так ты опытная, – галантно открывает дверь авто Денис. – Меня это заводит, – обжигает своим дыханием у уха.

От близости Дениса я впадаю в экстаз.

Подружки с их предложением давать здоровья ради уже не кажутся странными.

Сажусь на место пассажира и выдыхаю. Нужно отключиться и расслабиться. Денис оказывается рядом и включает музыку. Из динамика льется что-то эротичное и я еще больше расслабляюсь.

– Сколько тебе? Тридцать три? – спрашивает Денис.

– Спасибо за комплимент, на пять лет старше, – отвечаю честно.

– Мне тридцать позавчера стукнуло, – отзывается.

В голове считаю и понимаю, что мужчина очень сексуален и хорошо сложен, но восемь лет перебор, для меня мой незнакомец совсем мальчик.

– Молодой, – отвечаю ему.

– Как и ты, в расцвете женственности и желаний. Люблю женщин постарше.

– Я о своем опыте рассказала, что у тебя? – спрашиваю нагло.

Ну, что мне терять? Нечего. Хочу послушать о красавчике, довезет и навсегда расстанемся.

– Был в отношениях, пять лет, расстались, – говорит Денис.

– По причине? – уточняю нового знакомого, интересно ведь, как живут люди, причины расставаний и прочее.

– Пила много, алкашка, – отвечает на вопрос и меня пронзает. Общая боль. Ведь и Толик спивался.

– Дети были? – по инерции спрашиваю.

– Неа, слава Богу. Не вижу смысла делать малыша алкоте, – спокойно говорит. – Любил ее очень, но я слишком разумен.