Мой сводный

Мой сводный

Тала Рид

Наша история закончилась не совсем красиво, но я оставила все в прошлом и решила двигаться дальше, пока… в один совсем не прекрасный вечер узнаю, что мой отец женится на матери моего бывшего парня и мы в скором времени станем сводными. Чувства все еще живы, но и обиды не исчезли. Справимся мы ли с тем, что снова накрывает с головой?

Тала Рид

Мой сводный

ПРОЛОГ

Два года назад

– Ты часом не охуела, милая? Я сказал, что ты моя, поехали, – качок дергает меня за руку и тащит из клуба.

– Отвянь, Грицаев, иди к своей женушке и наслаждайся жизнью, что тебе нужно?

– Не беси, – впечатывает меня в стену и нависает, обдавая жаром горячего дыхания. Низ живота предательски тянет, хочется отдаться Максу прямо тут, посреди шумного клуба и громких басов. Ненавижу его. Ненавижу и безумно хочу.

– Я не буду с тобой, ничего нового больше не услышишь!

– Уверена? Течешь от меня, как сука, думаешь я этого не знаю? – рычит в ухо.

– Не говори чушь, – вспыхиваю, не сводя с него глаз.

– Проверим? – нагло тянется к моей юбке, – спорим между ног уже мокро?

– Придурок, отстань! – бью кулаком в его спину и снова отталкиваю. – У тебя, кажется, скоро свадьба? Вот и женись на своей перегидрольной курице, а ко мне больше не приходи. Все кончено, Макс. Раз и навсегда. Ты еще не понял этого? Я не буду твоей любовницей. Это слишком.

– Женой будешь, – хрипит серьезным голосом.

– Ага, это когда? Через лет десять, когда надоест трахать свою подружку Таню? Прости, я на это дерьмо не подписывалась.

– Ты прекрасно понимаешь, зачем я беру в жены Татьяну, потерпи немного и все будет.

– Нет, не будет, – отталкиваю с новой силой и Макс, наконец-то, отлетает от моего тела. – Потому что мне не нужны огрызки и б/у товар. Выбрал жену? Наслаждайся. Думал сможешь иметь двоих, как в гареме? Плохо же ты меня знаешь, – зло выплевываю.

– Ася, – снова приближается, – мне никто кроме тебя не нужен.

Но я уже ничего не слышу.

Кисляеву.

Презираю эту мразь.

Это он разрушил мою веру во что-то доброе и светлое, он уничтожил во мне наивность и зачатки доброты. Была бы возможность – придушила бы его собственными руками и даже не зажмурилась.