А. З.

Плотно подогнанные дощечки источены жуком-короедом. Металлические полосы сильно изъедены ржавчиной. Бадьёй давно не пользовались. Поставив её на землю, Максим заглянул в колодец: глубокий, ни воды, ни дна не видно. Бросив в чёрную яму шишку, прислушался. Ни звука.

– Хватит страдать хернёй, – прошептал Максим и направился к избе.

До слуха донёсся тихий всплеск. Максим застыл. Шишка упала в воду… Какой же глубины колодец? Но не эти мысли мешали Максиму обернуться. Он всем своим существом чувствовал присутствие чего-то невидимого, неосязаемого.

Цепляясь взглядом за доски на окне, убеждал себя, что всплеск ему почудился, а колкие мурашки разбегаются по телу не от страха, а от того, что в лесу резко похолодало. Иначе как объяснить возникший при выдохе парок?

Звякнули железные звенья, раздался глухой стук. Максим медленно повернул голову. Обрывок цепи мерно раскачивался, свисая с поворотного бревна. Бадья стояла на прежнем месте – на углу колодца.

– Кто здесь? – спросил Максим, вмиг охрипнув.

Попятился к избе, озираясь. Натолкнулся спиной на бревенчатую стену. Постоял, пытаясь уловить малейшее колыхание ветвей и листьев. – Андрей! Ты где?

С другой стороны избы донеслось:

– Тута я, тута!

Максим быстро вернулся в избу.

Олег сидел на табурете, сложив на столе руки и уронив на них голову.

– Тебе плохо? – Максим похлопал его по загривку. – Олег!

– Я сплю.

– Уходим!

– Ещё минутку.

– Вставай! – Подхватив Олега под мышки, Максим заставил его подняться.

Олег качнулся, как тряпичная кукла, и снова хотел сесть:

– Всего минутку.

Удерживая его за талию, Максим поправил сползший с плеча ремень ружья:

– Андрей! Где тебя черти носят?

– Да иду я, иду. – Скрипнуло крыльцо. Андрей переступил порог избы. – Дядя Олег?..

– Помоги, – попросил Максим. – Не выспался бедолага, устал.

Едва Андрей шагнул вперёд, как дверь захлопнулась. От неожиданности паренёк подпрыгнул.

Вздрогнув, Олег мигом проснулся и проговорил со злостью:

– С ума сошёл?

– Это не я, – пролепетал Андрей.

 – Она сама.

Дверь позади него вдруг стала отдаляться. Изба, прежде тесная, узкая, раздалась в ширину и длину.

Чтобы не пугать парнишку, Максим сказал тихо:

– Андрюха, стой на месте.

Но тот, похоже, что-то увидел. Лицо вытянулось и побелело. Веснушки словно присыпало мукой. Челюсть отвисла. Глаза размером с царский пятак, взгляд направлен Олегу и Максиму за спину. Они оба заторможенно, будто во сне, оглянулись.