Плетеное королевство

По крайней мере, там тебя будут кормить каждый день…

Мальчик так яростно затряс головой, что Камран испугался, как бы он не бросился бежать прочь из комнаты.

– Ладно, довольно, – неохотно произнес принц и вздохнул. – Теперь расскажи мне, что ты знаешь о девушке.

Мальчик замер, неожиданный вопрос застал его врасплох.

– Знаю о ней? Я не знаю ее, сир.

– Тогда как же ты сумел поговорить с ней? Ты говоришь на ардунианском?

– Совсем немного, сир.

– И все же ты говорил с ней.

– Да, сир. – Мальчик моргнул.

 – Она говорила по-фештунски.

Камран так удивился, что не смог вовремя скрыть выражение своего лица.

– Но в столице нет слуг, говорящих на фештунском.

– Прошу прощения, повелитель, но я не знал, что вы знаете каждого слугу в городе.

Камран ощутил такой сильный прилив гнева, что, казалось, он прорвет грудь. Чтобы ответить, принцу потребовалась вся его выдержка.

– Твоя наглость поразительна.

Мальчик ухмыльнулся, и Камран поборол желание задушить его. Этот рыжеволосый фешт обладал необыкновенным даром приводить Камрана в бурную ярость – гнев самого опасного сорта.

Камран знал это, поскольку хорошо изучил собственные слабости, и сейчас изо всех сил старался подавить столь неразумную реакцию. В конце концов, незачем было запугивать этого ребенка, он мог помочь выследить ту вероломную девицу.

– Прошу тебя, помоги мне понять, – резко сказал Камран. – По твоим словам, малообразованная служанка каким-то образом заговорила с тобой на фештунском? Ты говоришь, она дала тебе хлеб, который ты…

– Нет, сир.

Я сказал, что она предложила мне хлеб.

Камран сжал челюсть. Мальчишка прерывал его уже во второй раз.

– Не вижу большой разницы, – бросил он. – «Дала» и «предложила» – это равноценные слова.

– Нет, сир. Она сказала, чтобы я пришел на кухню в Баз Хаус, если мне нужен хлеб.

И тут Камран испытал момент триумфа.

– Она солгала тебе, – заметил он. – Я знаю поместье Баз Хаус, и эта девушка там не работает. Если ты еще не понял – она вовсе не служанка.

Фешт покачал головой.

– Вы ошибаетесь, сир.

Дерзкий, непочтительный, бесстыжий мальчишка. Камрана больше не волновало, что этот ребенок едва не умер; он казался вполне здоровым сейчас, когда с наглостью уличной крысы разговаривал с членом королевской семьи без должного почтения. И все же Камран оказался странным образом скован с ним, вынужден быть добрым к этому наглецу.

Омид. Его звали Омид.

Он был сыном шафрановых фермеров на юге страны.