Плетеное королевство

Он шел против ветра, плащ его хлопал по сапогам, и только когда Камран уже почти столкнулся с ребенком, то остановился. Мальчик-фешт отпрянул от него, вздрогнув от боли, которую причинило ему движение. Он обхватил раненую руку, прижал голову к груди, точно перевернутая многоножка, и с неразборчивым бормотанием попытался проскочить мимо.

– Лотфи, хедж, бехшти… – Пожалуйста, господин, простите меня…

В жестокость этого ребенка едва верилось. И все же осознать свою правоту – мальчишка говорил на фештунском, – было отрадно.

Камран хотел выдать его магистрату и подошел только поэтому. Но теперь обнаружил, что колеблется.

И снова мальчишка попытался протиснуться мимо, и снова Камран преградил ему путь.

– Кя тан гофт эт чекнез? – Что сказала тебе та молодая женщина?

Вопрос заставил фешта вздрогнуть. Сделать шаг назад. Кожа его была всего на тон или два светлее карих глаз, с россыпью чуть более темных веснушек на носу, и все же на его лице пятнами расцвел румянец.

– Бехшти, хедж, нек мефем… – Простите, господин, я не понимаю…

Камран сделал шаг ближе, и мальчишка почти заскулил.

– Джев ман, – произнес Камран. – Прес. – Отвечай. Сейчас же.

И тогда мальчишка затараторил так, что его слова стало почти невозможно разобрать. Камран перевел:

«Ничего, господин. Прошу вас, господин, я не причинил ей вреда. Это было просто недоразумение…»

Камран стиснул рукой в перчатке вывихнутое плечо мальчишки, и тот вскрикнул, задохнувшись, колени его подкосились.

– Ты смеешь врать мне в лицо…

– Господин, пожалуйста… – теперь паренек плакал.

Камран отступил назад, убирая руку.

– Ты продолжаешь лгать.

– Я клянусь могилой моей матери. Клянусь всем святым…

– Она вернула тебе оружие и предложила накормить тебя, – прорычал Камран, – после того, как ты едва не убил ее? После того, как ты пытался ограбить ее?

Мальчик замотал головой, на его глазах снова выступили слезы.

– Она проявила ко мне милосердие, господин… Пожалуйста…

– Довольно!

Рот паренька захлопнулся. Раздражение Камрана нарастало; ему отчаянно хотелось кого-нибудь ударить. Он еще раз окинул взглядом площадь, словно девушка могла появиться так же внезапно, как исчезла. Взгляд снова остановился на мальчишке.

– Ты приставил клинок к горлу женщины, словно самый подлый трус, презреннейший из людей. – Голос Камрана гремел подобно грому.