Земные пути

– А что мы есть будем? – осторожно поинтересовался Ист.

В ответ Хийси тонко и необычно засвистел, защёлкал, заскрипел. Но это рождались не просто несвязные звуки. Какие-то слова угадывались среди завывания. Незнакомые, короткие, но почему-то не чужие. Странно было слышать их Исту. Наверное, с таким чувством слушает слова незнакомого, но родного языка человек, выросший на чужбине. И ещё Ист почувствовал, что его неудержимо, против воли, тянет к Хийси, словно лягушонка в пасть золотистому полозу. Пришлось ощутимо напрячься, чтобы не качнуться навстречу поющему хозяину.

У входа раздался шорох, и в пещерку вскочил очумевший бурундук. Он явно ничего не понимал, древнее заклинание тащило его, словно на верёвке.

Волосатая лапа Хийси молниеносно метнулась, пальцы сжались на пискнувшем бурундуке, в следующее мгновение Хийси откусил зверьку голову и громко захрустел косточками.

– Вот так и будем… – сообщил он, проглотив кусок и протягивая Исту огрызок несчастного бурундука. – На вот, пожуй мышку.

– Я не могу… – Ист заслонился руками.

– Тогда давай лошадь есть. Закопаем в мох и станем понемножку кушать. Скоро она закиснет, станет мягкая… Я кислое мясо люблю.

А ведь правду болтали в стряпущей, будто Хийси тухлятину обожает. Палую скотину нарочно в лес оттаскивали, говорили – для Хийси. А Ист думал, что волокут стервозное, чтобы возле домов не воняло. Но теперь, видно, самому выпало испробовать падали. Или сырого бурундука грызть: выбирай, что милее.

– Может, лучше корову? – робко спросил Ист.

– Корову я вытащил, – неспешно ответствовал Хийси, обсасывая последние остаточки добычи. – Корова Торпа, а он правильный человек. Дом у него без гвоздей стоит, выдру он удавкой ловит, а рыбу – мордой. Меня не злит без дела… – Хийси помолчал и добавил: – Молочка оставляет, в лопухе, как надо. Жаль, мало оставляет. Но всё-таки я корову вытащил, а то не будет коровы, не станет и молока. Понимаешь?

– Ага, – произнёс Ист.

– Слово это забудь! – рассердился Хийси. – Стыдно ему… Ты колдун, а колдуну не бывает стыдно! Погляди на кёнига – дрянь колдунишка, а ведёт себя как должно. Крысу тебе не жаль, а человек – это та же крыса, настоящей силы в нём нет. А то бы все вокруг волшебниками стали.

– Парплеус говорил, что прежде так и было.

– Врёт.

– Парплеус – учёный маг, все науки изучил.