Мёд жизни (сборник)

Она ничего не сказала, не шевельнулась даже, но Лонг отчётливо понял, что она просит:

– Возьми и меня с собой.

– Нет, – молча ответил он, – если бы это было можно, я бы забрал тебя раньше.

– А ведь там живёт мастер Труддум и землепашец Оле, – она произнесла это как бы про себя, и некому было удивиться неуместности вдруг зазвучавших слов. – Они лучше многих реальных людей.

– Труддум против воли помогает Владыке, а Оле ушёл от меня, – сообщил Лонг и тут же, словно и не было только что полубезмолвного разговора, оживлённо спросил:

– Констанс, как ваши дети? Почему-то в этот раз ты ничего о них не рассказываешь.

– О!.. Дети выросли. Они стали совсем большими и воображают, что могут прожить без матери.

– Когда они поймут, что это не так, они станут действительно взрослыми, – сказал Лонг.

Констанс поднялась.

– Я покажу их письма.

* * *

Торикс вернулся к обеду. Тяжело вошёл в дом, огляделся потерянным взором и выдохнул одно слово:

– Война.

– Что? – переспросила Констанс.

– Война, – повторил Торикс. – Кто бы мог подумать? В наше время. Здесь. У нас. И главное – сейчас, когда тебе нужна помощь. Вот что, – Торикс выпрямился, лицо его затвердело, – я всё равно пойду с тобой. Пусть меня считают трусом и дезертиром. Здесь справятся и без меня, давно известно, что нападать на нас дело безнадёжное. А ты один, тебе нужна помощь. Одно плохо: я не смогу привести отряд. До чего же не вовремя всё случилось!

– Погоди, Тор, – сказал Лонг. – Не надо решать сгоряча.

Боюсь, что связь между нашими мирами сложнее и крепче, чем мне казалось вначале. Ты говоришь – справятся без тебя. Нет, не справятся. Ты сила, Торикс, победа там, где сражаешься ты. Не надо уносить её отсюда туда, где она никому не нужна. А обо мне не беспокойся – у меня ещё есть два дня, за это время мы с Труддумом придумаем что-нибудь. В крайнем случае, ты всегда успеешь скрестить меч с Владыкой.

Торикс молчал, обхватив голову руками. Лонг подошёл к дверям.

– Мне пора уходить, – сказал он. – Но я обязательно вернусь. Ведь у меня ещё есть два дня.

* * *

Замок встретил Лонга небывалой суматохой. Какие-то вооружённые люди пробегали по коридорам, стояли у кремальер и бойниц, дозором бродили вдоль стен. Во дворе раздавался плачущий рёв вьючного зверья, скрипели телеги. Там что-то выгружали, собирали, мастерили. Несомненно, это затеи Труддума. Лонг усмехнулся. Всё-таки Труддум – плоть от плоти этого мира.