Ночной гул

Точно надо было выйти, сейчас обязательно застряну, раздраженно думает Эрик. Как всегда хорошая мыль приходит слишком поздно.

Но лифт на удивление не застревает, и благополучно доставляет Эрика до тринадцатого этажа. Правда, там кабина не останавливается и спокойно едет дальше. На табло отсчетом мелькают цифры – 13, 14, 15, 16, 17. Эрик поначалу думает, что лифт точно испортился – никакого пятнадцатого и тем более семнадцатого этажа в доме нет. Это запредельная фантастика.

Наконец лифт дергается и замирает.

Двери остаются закрытыми.

После остановки механизма приходит тишина. Эрик чувствует, как громко звенит в ушах.

А потом сквозь звон он слышит гул. Мужчина не понимает точно, где гудит, не знает, что именно может издавать такой звук, очень странный и непривычный, чересчур какой-то неземной, но осознает одно – этот гул жутко неприятный и раздражающий. Дольше минуты его спокойно слушать нельзя. Лучше слушать собственный звон в ушах, чем это….

Эрик жмет на разные кнопки, но кабина не реагирует.

Гул вроде бы нарастает, потом затихает, затем вновь становится громче.

Над головой мигает своим объективом камера. Охранник-консьерж, смотри он туда, возможно уже заметил бы, что Эрик находится в лифте слишком долго. Непомерно долго. Эрик, напротив, ощущает, что за ним наблюдают в камеру и немного успокаивается. Наблюдение вещь жутко раздражающая, будь то очное – суровым начальником или случайным соглядатаем, по своей натуре любящими смотреть за чужими, или будь то посредством камер.

Но именно сейчас оно спасительно. Пленник понимает, что он не один в этих стальных тисках. Он, к счастью, не догадывается, что за ним наблюдает уже не охранник, который пытается разобраться с телефоном, отказывающимся издавать гудки и совершать вызовы, а кто-то другой. Или нечто другое. Впрочем, сейчас это совсем неважно.

Эрик с ужасом понимает, что лифт точно никуда не поедет, он безнадежно застрял здесь. И все потому, что, дурак, не послушал свое предчувствие, не распознал намеки, когда лифт практически любезно предлагал выйти, долго держа двери распахнутыми.

А теперь он взаперти. И, в лучшем случае, час или два просидит до прихода неторопливых ремонтников.

Он готовится нажать кнопку вызова диспетчера, как вдруг лифт дергается, отчего Эрик испуганно подпрыгивает от неожиданности, а затем его желудок буквально подскакивает к горлу. Все из-за того, что лифт неконтролируемо летит в четырнадцатиэтажную пропасть шахты.