Без чувств, без эмоций, выжить

Приземляюсь на пол, она приземляется на меня, её халат задирается до подмышек, а мне кажется, я даже услышал хруст то ли деревянного пола, то ли своей тазовой кости.

– Прости, – смеётся заливисто, не может остановиться.

Смех не то, что оглушил всю студию, кажется, он разорвал пространство. Даже флегматичный оператор сопел в попытках сдержаться, чтобы не рассмеяться в голос. Грохот. Кучерявый несётся вверх по лестнице, орёт на своём невнятном. Топает ногами прямо на уровне моих глаз.

– Простите, – и мы оба заливаемся от смеха.

– Оливер? – Крик пресёк все звуки, тишина стала такой, что я слышал стук сердца сидящей на мне мадам. – Что здесь происходит?

Кучерявый что-то кричит, размахивая руками, демонстративно тычет в нас пальцем. Оператор сползает вниз, почти не касаясь ступеней. Режиссёр спускается следом продолжая что-то выкрикивать. Василина подняла меня, увесистыми хлопками отряхнула. Подбодрив:

– Моя ж ты радость, – и ещё разок хлопнула по плечу.

– Спускаемся. – Крик пулей пронзил сознание и настроение, убив веселье моментально.

Мы оба с раскрасневшиеся от перипетий, смеха и неудач, стоим перед всем этим консилиумом. Кучерявый, размахивая руками, показывает то на нас, то на мансарду, психует, чуть не швырнув ноутбук.

Стен, смерив его пронзающим взглядом, едва разжимая губы, что-то начал говорить, кучерявый поправил очки, оглянулся, затем присел, пытался что-то сказать, но быстро сдался, так как Стен продолжил говорить ещё громче.

– Приведи их в порядок, – Стен взглядом полосонул нас, повернувшись в сторону Сергея. – Завтра первая съёмка начинается с них. И объясни «другу», – ткнул пальцев в сторону режиссёра, – что это не они виноваты, а его хреновые идеи. И типажи подбирать лучше нужно, у него в арсенале дюжина, а он этих соединил.

– Он хотел типичных русских, – развёл руками Сергей, смотря куда-то в пол.

– Русских? Эти действительно русский.

– В смысле? – Василина, буркнула во весь голос весьма обижено.

– Волосы в порядок приведи. – Стен полоснул её резким взглядом, она ухватилась за косу, словно за достояние. – Я не про голову! И почему пятки жёлтые? – Его взгляд просто испепелял девушку.