Отражения свободы

Кто-то его запустил, явно поддерживая магией столь не предназначенную к полетам конструкцию. И к несчастью для этого кого-то плохо управляемый журавль едва не попал Саше, до того внимательно слушавшей лектора, в глаз. Ей, в общем-то, было плевать, чье это было послание и кому оно предназначалось, но просто так пропускать бумажную опасную для зрения птицу мимо она не собиралась. И теперь с упорством держала висящего в воздухе журавля на месте, несмотря на уже несколько попыток сдвинуть его в сторону от владельца, которого так и не удалось разглядеть, ведь направление магии среди больше чем десятка адептов рядом уловить так просто не удавалось.

Но зато не так давно показанный Серафим простенький физический щит работал как надо.

– Может, отпустишь птичку? – тихим шепотом спросила сидевшая рядом светловолосая Аня. С ней единственной из группы Саша, не слишком любившая простую болтовню, успела пообщаться за прошедшее с начала занятий время. Аня была спокойной, неглупой и явно имевшей множество своих секретов.

Сама себе на уме, как говорят. Пожалуй, это и вызывала в Саше наибольшую симпатию.

– Она твоя, что ли?

– Не, Азамата, – Аня кивнула на сидящего через два ряда парня не славянской наружности. – И он знает, что ты ее держишь. И злится.

– И пусть злится, – Саша пожала плечами. Теперь журавлика она точно не отпустит.

Азамата она терпеть не могла, как и всю его нерусскую диаспору. И здесь они, словно испорченных школьных будней было мало.

Понятно, что в Ордене обучали всех вне зависимости от пола и национальности. Понятно, что магом быть мог кто угодно. Понятно, что надо было уважать будущих коллег по ремеслу. Но Саша ничего с собой поделать не могла. Каждый раз, стоило ей посмотреть на Азамата, как она видела лицо того молодого кавказца. Той мрази, что без всякого раскаянья описывал на суде, как и куда бил ее отца. Просто потому что отцу не нравилась громкая музыка и танцы под окнами в полночь, и он не стал об этом молчать.

Но, по мнению группы черноволосых парней, приехавших из в чужой город из своих селений, это было поводом избить одного русского. Всей свой национальной шайкой ублюдков.

Саша тяжело вздохнула, запихивая воспоминания куда подальше и сосредотачиваясь на лекции. Конечно, потом всю историю Ордена можно было бы прочесть в учебнике, но все-таки живой рассказ слушать было интереснее.