Город счастливого меня

– Я не от поста тощий, у меня конституция такая, – покраснел друг, – так что… вот тебе и объяснения про наши правила… А уж как жизнь свою строить – это каждый сам решает.

При мысли о друге Илья снова ощутил одиночество…

Но решительно судьба сегодня к нему благоволила – телефон подал сигнал, пришло сообщение от Лёшки: " С днём рождения, Илюха! Встречаемся через час у Пушкинской. У меня для тебя сюрприз." Не забыл, значит… Посмотрим, что за сюрприз.

Глава третья

Илья приехал раньше и терпеливо ждал, стоя у метро.

– Привет, Илюха! – подошёл тот, отделившись от компании, – а у нас сегодня один певчий празднует день рождения, правда, старше тебя на пятнадцать лет, но это неважно… Так что будет двойной праздник. Ты не против? Знакомься, это Дима Емельянов.

К ним подошли двое разгорячённых спором мужчин. Первый, повыше, кивнул Илье и протянул руку.

– Значит, мы с тобой сегодня проставляемся. Согласен?

Из-под очков на Илью смотрели пытливые карие глаза. Если бы Лёшка не сказал, что Диме стукнуло сорок, то определить, сколько ему лет было бы трудно – его фигура была довольно грузной, очки придавали солидность, но кудрявые волосы и широкая, открытая улыбка перечёркивали первое впечатление о зрелом возрасте.

– Согласен, – в ответ улыбнулся Илья, сразу почувствовав, что его принимают в компанию.

– О, так мы сегодня разгуляемся! – в предвкушении потёр руки второй мужчина, примерно такого же возраста, но из-за сутулой спины и полуседой бородки он казался в компании самым старым. – Сергей, – представился он.

– Серёга, ты держи себя в руках, – шутливо хлопнул его по плечу Дима, – я же не Рокфеллер. Будешь доплачивать, если у меня денег не хватит.

– Мужчины, так мы идём? – позвала девушка, стоявшая с подругой неподалёку.

– Идём, идём…

Когда девушки подошли поближе, Лёша вежливо представил им Илью.

– А вы, Илья, тоже певчий или просто друг Алексея? – спросила одна из них и так приветливо улыбнулась, что невозможно было не улыбнуться в ответ. От улыбки на её пухлых щеках проступили ямочки, а светлые кудряшки вокруг круглого лица невольно вызывали сравнение с херувимчиком из католического храма.