Через белый коридор

При свете луны она была синяя с бардовыми потеками.

– Я – Отто. А как зовут тебя?

– Александра, – дрогнувшим голосом представилась студентка.

– Алекс, принеси нам нитки, – настойчиво повторил он, и все остальные эхом подхватили его просьбу.

– Принеси нитки, – услышала она со всех сторон.

– Принесу, – пообещала Сашка и в тот же миг увидела, как приведения стали таять. Она вся сжалась и зажмурила глаза.

Её разбудил требовательный стук в окно. Сашка вздрогнула и посмотрела впереди себя.

– Какой страшный сон, – она поежилась, вспоминая ночной кошмар.

Но тут ее взгляд упал на пол: перед диваном, на котором она спала, лежал обычный лист, будто наспех вырванный из ученической тетради. Крупными буквами красного цвета на нем было написано одно-единственное слово на немецком языке: «N?hgarn». Она осторожно протянула руку и, взяв записку, перевела: «Нитки».

«Интересно, это написано обыкновенными красными чернилами или кровью?» – подумала девушка.

Она просунула ноги в тапочки и подбежала к окну. За ним было уже светло. Через стекло ей махала рукой Лидия Федоровна, показывая жестами, чтобы она открыла дверь. Саша быстро сложила листок вчетверо и аккуратно положила к себе в сумку. Потом сдвинула металлический запор и впустила свою наставницу.

– Жива? – спросила та, разглядывая девушку.

– Жива, – слабо улыбнулась она и даже пожала плечами, – а что со мной могло случиться?

Лидия Федоровна только махнула рукой.

– А я всю ночь не спала, – с вздохом произнесла она, стряхивая на пороге зонт, – вспомнила рассказы наших старожилов и так расстроилась. Думаю, что же я девчонку одну оставила? А вдруг они придут?

– Кто «они»? – не скрывая любопытство, спросила Саша.

Тем временем Лидия Федоровна по-хозяйски воткнула штекер электрического чайника в розетку, предусмотрительно глянув внутрь ёмкости. Она достала пакетик с домашними пирожками и вареные яйца.

– Немцы, – после минутного раздумья, ответила она и тут же предложила, – давай завтракать!

– А почему – немцы? – настороженно спросила Александра, вспоминая ночной разговор.

Сотрудница постучала ложечкой по скорлупе яйца и внимательно посмотрела на свою молодую коллегу.

– Слухи разные ходили, но одно знаю точно, – она почему-то перешла на шепот, – во время Великой Отечественной войны здесь был госпиталь. А в начале сорок третьего года сюда стали свозить раненых фашистов.