Идущий с мечом

Он легко ушёл в сторону за пару секунд до столкновения, но успел разглядеть пустые глаза водителя, нацеленные прямо на него, и понял: охота началась. И объект охоты – он.

– Ну, козёл, – выдохнул Костя, провожая взглядом уносящуюся вдаль машину. – Прёт не глядя, урод. И где эти гаишники, когда нужны?!

Остальные разговор не поддержали.

Ужинали молча и неохотно, лаже Костя не травил анекдоты, как обычно.

Андрей с Костей уже спали, а Тимофей всё сидел на кухне и смотрел перед собой. Тихонько скрипнула дверь, и в кухню вошёл Матвей.

Тимофей не удивился.

Матвей подвинул стул и сел рядом.

– Не дрейфь. Прорвёмся, – бодро произнёс он, и сам усмехнулся своим словам. Мог бы и не говорить, Тимоха и так понял.

– Это моя битва, – вздохнул Тимофей. За Матвея ему было страшно, хотя он был уверен, что друг встанет рядом в трудный момент и отговаривать его бесполезно, он всё же повторил, твёрдо глядя тому в глаза:

– Это моя битва, и ты…

– Ничего. Я в тылу, – усмехнулся Матвей, перебивая на полуслове, и у Тимофея потеплело на сердце.

– Гремячая башня, – услышал вдруг Тимофей и проснулся. Слова прозвучали так явно, будто кто-то произнёс их прямо ему в ухо.

Было раннее утро, и друзья ещё спали. Тимофей резко повернулся, раскладушка под натиском его движения жалобно скрипнула, и Андрей тут же открыл глаза.

– Гремячая башня, – в раздумье повторил вслух Тимофей услышанное, Андрей удивлённо воскликнул:

– Ты что, раньше во Пскове уже был?!

– Нет, – откликнулся Тимофей, понимая, почему задан вопрос.

– Ну да, – ответил Андрей, вставая с кровати. – Восстановили недавно. К ней теперь туристы косяками ходят. С ней легенд много всяких связано, да только сказки всё это.

– А я люблю сказки, – улыбнулся Тимофей и тоже встал.

За завтраком Тимофей объявил:

– Скатаюсь-ка я в славный город Псков ненадолго.

Костя поперхнулся кофе:

– С чего вдруг?

– Да так, – улыбнулся Тимофей.

Он посмотрел в растерянные лица друзей, снова улыбнулся и добавил:

– Я ведь человек лесной. Мне города в новинку. Мало где был, мало что видел. Посмотрю древний город. Вас не зову. Люблю в таких случаях одиночество. Не соскучитесь за день-то?

– Не соскучимся, – улыбнулся в ответ Матвей, играя глазами. Внезапно проснувшаяся у друга любовь к экскурсиям изрядно его развеселила. Остальные приняли слова Тимофея за чистую монету.