Дерзкая для банкира, или верни мою жизнь

За этим движением мужчина проследил жадным взглядом. Нервно улыбнувшись, я хотела что-то сказать, но не успела.

– Марк?

Чересчур звонкий голос заставил вздрогнуть не только меня. Момент был упущен и я с досадой поняла, что не уверена нравится мне это или нет.

– Кристина?

Мужчина разворачивается, оставляя меня за своей спиной. Словно закрывая от появившейся девушки. Только тщетно. Я успела поймать ее оценивающий взгляд.

– Кто эта девка? – прошипела она. – Что ты себе позволяешь?! Ты в каком виде нас выставляешь?!

Все очарование момента исчезло, оставив после себя мерзкий вкус, очередной припасенной жизнью подлости.

Каждое слово отдается тупой болью где-то за ребрами. Вроде чужой человек, с которой нас связала блажь. Но что-то внутри меня возмутилось происходящему.

– Если тебе плевать на себя, то подумай о том, как это отразится на нас! – строго отчеканила девушка.

В ее голосе не было ожидаемых эмоций. Но вместо того, чтобы развернуться и уйти, я осталась на месте.

Одернула наконец подол платья и скрестила на груди руки. Мне стало интересно, что ответит мужчина, который собирался меня проводить.

– Так, стоп! – неожиданно спокойно и вместе с тем резко оборвал ее мой преследователь. – А ты что здесь делаешь, вся такая из себя правильная? Одна? Или с кем-то?

Это не самые плохие вопросы. Но меня куда больше интересует свой собственный: кто эта расфуфыренная мамзелька? Я не могла избавиться от ощущения, что видела или слышала ее где-то. Если она одна из клиенток, то это плохо.

Мне в теперешнем положении только не хватало неприятностей на основной работе. А они будут, если это так.

– Сосешься тут с ней! – от криков девицы закладывает уши. – Когда у тебя есть я!

Я сдерживаю смех. Мегера не придумала ничего лучшего, как воспользоваться излюбленным приемчиком всех манипуляторов – обидеться и свалить всю вину на другого.

– Мудак!

Выпалив все это, блистательная Кристина развернулась и направилась прочь. Она шагала как цапля, потому как настолько высокие каблуки не были приспособлены для столь быстрой ходьбы.

– Извини, – проговорил Марк, поворачиваясь ко мне.

В его голосе послышалась досада. Я не знаю, что творилось в его темной голове, но, наверняка, Кристина своим присутствием и сценой обломала ему «большую игру».

– Действительно, – откликнулась я, вспоминая, с какой готовностью тот целовал меня в клубе. – Мудак!

На этот раз я не дала ни схватить себя, ни загнать в угол.