Гаудеамус игитур

Глава 3

Вера ворочалась в кровати и никак не могла снова заснуть.

Этот звонок опрокинул ее в воспоминания о беззаботной студенческой жизни. Тогда она не мерилась с миром размышлизмами – не тягалась в понимании его основ и не пыталась изложить вселенские истины на бумаге. Тогда она просто жила. И делала это с упоением и радостью.

– Ты знаешь, что такое несексуальное пиво? – спросила она Лию.

– Нет, никогда не слышала, – ответила та. – Но какое-то странное сочетание слов.

– Это когда ты с мужчиной и тебе с ним хорошо, но ты его совершенно не хочешь.

– А так бывает?

– Конечно бывает. Я пойду скажу Паше, чтобы взял бутылку «Монастырки». Нам же одной хватит на четверых?

– Хватит. А через какое окно будем вылезать? Профилакторий ведь закроют. А здесь – в умывальной – самое удобное. Под ним широкая труба. Только надо его открыть до конца.

– Сейчас ребят попрошу. Главное – не то, как мы его откроем сейчас, а чтобы кто-то снова сделал это ночью, когда мы полезем обратно.

Лия сгребла свои листочки со стихами и ушла в палату.

Вера встала и подошла к окну. Как можно туда вернуться? И можно ли? Туда, где ты был таким зеленым, юным, где тебе с одной стороны было на все наплевать, а с другой – все казалось таким важным и невероятно значимым. Где полуночная игра в «Мафию» – не так, как сейчас рекламируют на всех углах, – доморощенно, скучно и централизованно, а изощренно и со своим интересным и необычным сюжетом – была событием века, каждое из которых потом почти час обсуждалось в курилке.

– А я знал, что ты мэр. Я знал! С самого начала. Ты блефовал.

– Да он нас с тобой стравил! Неужели ты не понял.

И горящие глаза. И споры до утра – кто лучше и почему.

Как туда снова попасть?

Это нельзя ни повторить, ни пережить снова. Как можно опять, скользя по обледенелой трубе, вылезать со второго этажа студенческого профилактория и переживать такой пьянящий вкус весеннего ветра на губах? Пить вино, идя по мощеной булыжной мостовой Петроградской стороны в 2 часа ночи.

– Верка, ты знаешь, что мне сейчас пришло в голову? – спросила Лия, когда они вылезли из равелина и подставили лицо мартовскому ветру.

– Откуда я могу это знать, – она рассмеялась.