Пещера Желаний

Позади росли густые заросли орешника, и не видно было, что за животное подкралось к их стоянке. Марус осторожно протянул руку к гарпуну, затем он встал. Витмир последовал его примеру. Они, соблюдая осторожность, подошли вплотную к зарослям. Кусты шевельнулись. Стало слышно, как кто-то убежал в чащу. Краснослов после минутного ожидания аккуратно раздвинул кусты – никого! Путники облегчённо вздохнули.

– Что это было? – спросил Витмир.

– Не знаю, – настороженно отозвался Марус и добавил: – Давай-ка трогаться в путь, а то засиделись мы что-то и разболтались.

А ночью по очереди будем спать.

По мере того как путники уходили всё дальше на север, лес менялся. Красные ели становились выше, а стволы их были всё толще. Теперь попадались и такие исполинские деревья, что только несколько человек, взявшись за руки, смогли бы обхватить их могучие стволы. Лишайники не просто покрывали волшебную кору, они сизо-серыми лохмотьями свисали почти до самой земли. Подлесок стал пропадать и вскоре исчез совсем. Но зато вместо кустарников под деревьями теперь красовались огромные ярко-зелёные папоротники.

Они исключали возможность как следует обозревать пространство. Но несмотря на дикость и суровость леса, тропа никуда не пропадала и видна была очень хорошо.

Под вечер путники уже не шли бодрым шагом, а брели, спотыкаясь о корни и упавшие ветви. В течение дня им удалось убить пару белок, метнув в них ножи. Ведь эресвенцы славятся своим искусством метать клинки. Остановились на ночлег. Теперь все мысли друзей были только о дичи, жарившейся на костре.

Ночёвку устроили между корнями большущей ели. Пока на вертеле жарились тушки белок, Витмир вздремнул прямо на земле. Марус дал ему возможность поспать, а сам готовил ужин. Когда голод был утолён, Краснослов отправился спать, дав наставления своему юному спутнику:

– Витмир, гляди в оба! Когда взойдёт луна, разбуди меня, я тебя сменю на посту.

– Хорошо, – пообещал Витмир.

Краснослов добрёл до лежанки, сооружённой из лапника, и мгновенно уснул.

Молодой рыбак наблюдал, как пламя пожирает хворост. Он достал из-под рубашки волшебный подарок своей возлюбленной. Кулон, освещённый костром, светился совсем слабо, едва мерцая. Витмир грустно вздохнул. Его сердце тосковало по прекрасной водяной деве, но всё же оно наполнялось надеждой. С восходом луны Марус сменил Витмира на посту у огня. Ночь протекла без происшествий.

Занялся рассвет. Розово-золотистые лучи проникали сквозь хвою величественных елей.