Пещера Желаний

Каждое свидание влюблённых было всё печальнее, сердца их терзались, предчувствуя разлуку. Но однажды, когда Витмир в очередной раз пришёл к заливу с гигантскими кувшинками, он увидел, что Лилия очень весёлая и вместе с тем взволнованная. Глядя на неё, и Витмир повеселел.

– Здравствуй, Лилия, – приветствовал он русалку, – сегодня ты не печальна. Это и радует меня, и удивляет.

– Витмир! – воскликнула девушка, всплеснув руками. – Ты можешь спасти нашу любовь!

– Я готов на что угодно, лишь бы не расставаться с тобой!

– Несколько дней я допытывалась у отца, не знает ли он средство, способное превратить меня в человека.

– Неужели! – обрадовался юноша. – Я заплачу за него любые деньги, достану любые богатства и отдам всё, что у меня есть.

Вдруг в камышах послышался старческий скрипучий голос:

– Ни за какие деньги нельзя купить то средство, молодой человек.

– Папа! – испуганно взвизгнула Лилия.

Из-за камышей выплыло большое существо. Похоже оно было на огромную рыбину, но лицо имело человеческое, изрезанное морщинами.

– Вы болотный царь? – неуверенно спросил Витмир.

– Он самый, – подтвердило существо.

– Отец, ты следил за мной! – негодовала Лилия.

– Совершенно верно. Хотел, дочка, посмотреть на этого распрекрасного Витмира Лавка. Уж если его удостоил подарком сам Луговик, то это и впрямь хороший человек.

– Откуда вы знаете про мою встречу с Луговиком? – изумился юноша.

– Да как не знать? – хохотнул болотный царь. – Думаешь, сюда, на Болота, новости не доходят? Из Болот в Фиолетовую реку и обратно снуют туда-сюда рыбёшки разные. Кто-то из них по делам плывёт, кто-то родню навестить. Вот и разносят они вести.

– Так рыбы говорить не умеют, – озадачился рыбак.

– Это вы, люди, не слышите их и не понимаете, – ответил болотный царь, – а я их и слышу, и понимаю.

– Вот чудеса! – восхитился Витмир.

– Однако ж болтовню отставим, – строго сказал владыка Болот. – Поговорим теперь серьёзно. Верно ли то, что ты, Витмир Лавк, любишь мою дочь?

– Люблю так сильно, как птицы любят небо, как травы любят свет!

– Но она русалка, а ты человек.

– Это-то меня и тяготит, – признался юноша, – оттого моё сердце тоскует.