Твоя музыка – моя жизнь

Морщинистое лицо ещё сохранило черты былой красоты, взъерошенные седые волосы, невысокий рост и яркая жестикуляция придавали ему чудной, и даже слегка смешной вид, но выражение лица старичка все равно было добрым и приветливым. Казалось, он излучает добродушие. Голубые глаза сверкали детским задором, а пушистые усы топорщились при каждой улыбке их обладателя. Что-то в его облике было особенным. Энни никак не могла понять что. Вдруг она обратила внимание на его руки – длинные изящные пальцы, подвижная кисть…

– Вы случайно не музыкант? – внезапно спросила Энн.

– А как ты догадалась? – подозрительно хмыкнул он.

– Ваши руки… – смутилась Энни.

– Ах, да, – рассмеялся тот, – руки всегда выдают пианиста. Я бы мог тебе много об этом порассказать… – снова забормотал старичок и вдруг хлопнул себя по лбу. – Да я тебя заговорил совсем… пойдем, пойдем, отдашь ноты, а потом чайку попьем, – заговорщически подмигнул он, взял Энни за руку и повел вглубь квартиры.

Девушка с любопытством осматривала стены. Везде висели старинные картины с какими-то непонятными сюжетами. С удивлением Энни обнаружила явную перепланировку и обилие дверей. Заметив ее взгляд, М-р Кавальи пояснил:

– Мы объединили две квартиры. Красиво да? – с детской непосредственностью спросил он и ухмыльнулся. Энни кивнула и улыбнулась в ответ.

«Странная квартира, странный хозяин, странный мир. Совершенно не похожий на мой, но по своему прекрасный и интересный» – подумала она.

Широким жестом распахнув дверь, М-р Кавальи пригласил Энн в гостиную.

Войдя, девушка ахнула – казалось, цветы были повсюду. У стен стояли тропические карликовые деревья, уютно укоренившиеся в кадках. Флоксы, розы, гибискусы, фиалки, даже крошечная бонсей нашла здесь свое место. Энни изумилась еще больше, понимая, что даже не знает названий половины растений. Но вершиной восторга девушки оказался, стоящий посередине, вместо стола, огромный черный рояль.

Мебели в комнате было немного: мягкий уютный темно-бордовый диван, пара кресел и искусный, сделанный полностью из стекла, шкафчик, в котором теснились затейливые статуэтки.

Тихо склонившись к стеклу, Энни разглядела глиняный рояль, позолоченную флейту, лежащую на крошечной деревянной партитуре, удивительно сделанную из проволоки валторну… на самой высокой полке стояла, по всей видимости, вершина коллекции и гордость хозяина.