Прикосновения

Юля казалась напряжённой до предела, мужчина – на своей волне, решал какие-то проблемы через блютус. Наконец, машина высадила девушку у торца неприметного здания. Напоследок водитель крикнул:

– Спросите Ольгу Николаевну!

Автомобиль скрылся из виду. У Юли оставалась последняя возможность «сделать ноги», она могла развернуться и бежать к остановке общественного транспорта вместе с кейсом, а впоследствии трижды извиняться перед наставницей, потому что подвела её и возвращаться к маме в посёлок, к богатым фермерским дочкам, к односельчанкам, справляющим юбилей, к невестам, выходящим замуж за фермерских сыновей.

Юля всё-таки приврала, расписывая массовый поток к своему креслу стилиста – на самом деле поток был достаточным только в выпускные и новогодние праздники, в остальное время – вялотекуще. Бывали дни, когда весь парикмахерский состав страдал от безделья, не то что визажист. Так стоит ли жаловаться? После этого болота ей предлагают…

Мысль оборвалась – перед её носом резко открылась дверь, на улицу выглянула высокая светловолосая женщина лет пятидесяти пяти.

– А я ломаю голову: машина уехала, но почему никто не входит? – сказала она. – Вы, наверно, Юля?

Девушку повели по коридору. Ольга Николаевна, женщина, введённая в курс дела, по ходу сопровождения приятно улыбалась, уверяя в оказании постоянной поддержки. Она была слишком худа – на границе между допустимой худобой и анорексией, но выглядела достойно, правда, консервативно. Её короткие тонкие волосы были закручены в «барашек», на шее висели длинные бусы в два ряда, с которыми она играла, громыхая и перебирая пальцами, когда пыталась найти занятие рукам.

– Всё складывается как нельзя лучше, – убаюкивала она. – Случай не сложный: мужчина, тридцать пять лет.

– Как мужчина? – Юля притормозила.

– Я и говорю: не сложный. Вам только грим нанести, да лёгкий румянец. А с женщинами, сами знаете: губки, бровки… Последний раз вставляли пирсинг в нос. Хотя и мужчины, знаете ли, бывают похлеще… Но в этот раз, слава богу, классика.

Так что… быстро отделаемся! Платят хорошо, вы уж постарайтесь, чтобы он выглядел достойно.

В помещение с гробом Юля входила на ватных ногах. Это был небольшой зал, где проводились над телом завершающие работы – покойники здесь преображались, им придавали «товарный» вид. Ольга Николаевна поддерживала её на всякий случай под руку. Девушка успела заметить зажатый в ладони флакон нашатыря – сотрудница была во всеоружии.

Но в обморок никто не упал.