Экивоки

Что я сразу сделала? Встала в эту очередь незамедлительно, дождалась, пока за мной не заняли, а уж потом пошла выяснять, за чем, собственно, очередь, что, выражаясь словами прошлого, там дают (вариант – выкинули). Хорошо, что мне в итоге не надо было в эту очередь. А могла бы простоять просто так, автоматически, до обеда

***

Есть в сентябре прекрасные моменты. Это болгарский перец и черный виноград

***

Грузчик из мебельного магазина, который занес мне письменный стол на 5 этаж, завис около книжного шкафа, рассказал, что любит читать и дал мне скидку в 100 рублей за удовольствие лицезреть книги.

А вы говорите, в народе нет тяги к чтению! И пользы, говорите, нет никакой. Вот реальная польза – 100 рублей

***

Девушка в Сбербанке посмотрела мой паспорт и спросила: «Как к вам лучше обращаться?" Неожиданно для себя я сказала: «Эсмеральда». «Уважаемая Эсмеральда, позвольте вам предложить вклад…» – начала щебетать девушка. Вот ведь профессионал! Даже глазом не моргнула. До конца именовала меня Эсмеральдой.

***

До чего дошли маркетологи. Выпустили гигиеническую помаду для губ, которая помимо основной своей функции – гигиенично помадить губы – ещё призвана бороться с вечерним аппетитом. Как захочется жрать, пишут маркетологи более культурными словами, помажь губы помадой со вкусом апельсина и будет для мозга иллюзия, что натрескалась апельсинов. Мысль сама по себе прекрасна и в развитии своем может стать элементом светлого будущего наряду с таблеткой, заменяющей еду на неделю.

О, как мечтаю о такой таблетке! И чтоб доставляли через телепорт непременно. Но одного не учли маркетологи – где они видели живую, нормальную человеческую женщину или девушку, которую можно вечером успокоить апельсином? Нигде не видели. Нет таковой особы. Я не встречала. В этом-то и просчёт, прямо-таки фиаско, братаны. Вот выпустили бы помаду со вкусом соленого сальца, озолотились бы по самые апельсины.

***

В суровом иркутском трамвае надпись: «Если я не найду дорогу, то проложу ее сам».

Ощутила себя в танке.

***

Дочь приехала из лагеря «Ангасолка». Рассказывала интересное. Старший отряд носил название КПСС, расшифровывалось как «Коммунистическая партия самых старших», причем, последнее слово менялось каждый день на построении отрядов (советского строя давно нет, а построение отрядов в детских лагерях есть), все слова были на букву «с». Один день они были самыми суровыми, другой – самыми счастливыми, третий – самыми справедливыми и т.д.