Обязуюсь любить

– Какой травы? Ты что несёшь? Ааа, ты у нас ещё и наркоманка? – прищурив взгляд, спросил Андрей.

– Во-первых, я ничего не несу, у меня руки пустые. Во-вторых, ты меня опять обзываешь. Сначала белоруской, а теперь наркоманкой. Меня зовут Рона, ясно? И траву у нас духмяную заваривают и пьют. А вы дураки, если не знаете, что такое отвар из трав.

– Белорус – такая нация. Это не оскорбление. Это добрый и гостеприимный народ. Если ты говоришь о чае, то мы его тоже пьём. С травами в том числе. Сейчас чайник на плиту поставлю и подогрею макароны с сосисками.

Андрей подошёл к столу, взял двумя пальцами кусок колбасы, потом кинул в ведро. Дальше он стал вытирать тряпкой пол. Я даже обиделась. Старалась, понимаете, а он.

– Так не честно. Я тебе колбасу оставила, позаботилась, а ты взял и выбросил.

– У вас в этой выдуманной долине все с пола едят? Выдумщица, блин. Лучше скажи, кто твои родители. Мы их быстро найдем. Близнюки помогут. Вернём тебя им.

Мне снова стало обидно. Он мне не верит. А потом о родителях заговорил, и стало так горько, что слёзы невольно потекли по щекам.

– Знаешь что? Я с тобой больше разговаривать не буду. И чай этот ваш не буду. Я только с белокурой буду разговаривать, которую Эльда зовут. Выберу комнату на втором этаже. И макароны сам жри. Не больно и хотелось.

Я соскочила со стула и ринулась прочь. Забежала на второй этаж и выбрала комнату без часов. Страшновато, когда у тебя над головой тиктакают. Легла на кровать, свернулась калачиком и тихо заплакала. Уговаривала себя, что вожаки не ревут, но слезы сами текут.

Снова напала скорбь о родителях. Я их даже на луну не проводила. Если бы мама или отец умерли в мирное время, мы бы с братьями зажгли погребальный костёр с разных сторон. Не похоронила ни родителей, ни братьев. Ещё и не знаю, как вернуться домой, чтобы за них отомстить.

Вспомнила, как общалась с Эльдой. Никто не смог узнать о моей жизни, а у неё получилось. Неужели она шаман? Женщина так легко узнала, что я вожак. Потом понимала так, будто я в то время разговаривала с ней.

– Обиделась, что ли? Не обижайся, Белоснежка. Я же не хочу тебе ничего плохого, – услышала я ласковый голос Андрея.

Я соскочила с кровати, подбежала к нему и схватила за грудки.

– Эльду мне позови. Ведь ты её как-то позвал тогда. Позови Эльду, очень прошу. Она мне нужна сильно-сильно.

– По телефону позвонил, и она со своими истинными на машине приехала. Ладно, сейчас наберу ей. Надеюсь, Эльда не сильно занята и приедет.