Золотая девочка

Оно, конечно, красивое, но показывать уличный стриптиз, Марго как-то не планировала. Правда, выбирая наряд, она даже предположить не могла, что путь к финансовому счастью будет так тернист. Наконец, вторая нога оказалась там же, где и первая, но, в силу маленького расстояния между подоконником и нижним краем рамы, блондинке пришлось развернуться задом, чтоб пятясь, словно очумевший рак, осторожно сползать внутрь, при этом ещё старательно нащупывая хоть что-то для опоры с той стороны, куда она так стремилась попасть.

Едва голова пролезла вслед за остальными частями тела, а задница уселась на что-то твёрдое, то ли на тумбу, то ли на стол, девушка облегчённо выпрямилась и выдохнул.

– Очень интересное представление. Только весьма хотелось бы знать, какого черта ты тут делаешь?

Голос был изрядно злым и Марго чрезвычайно знакомым. Она осторожно развернулась, сидя на длинной тумбе, которая послужила финальным этапом её эстафеты и, очень желая провалиться сквозь землю, уставилась на мужчин, в количестве десяти штук, которые сидели за т-образным столом и разглядывали блондинку с различной степенью заинтересованности.

Кто-то просто откровенно пялился на стройные ноги, торчавшие из-под задранного почти до самого бедра платья, кто-то бросал взгляды украдкой, но при этом не прятал характерный блеск мужского восхищения.

Во главе заседающих, а то, что это совещание было понятно даже дураку, сидел тот, кого Барби увидеть совсем не ожидала.

– Ээээ… Ник, какая приятная встреча.

Я, собственно говоря, разыскивают господина Никитина…

В этот момент, её будто озарило и она, замолчав, потерла лоб. Надо же быть такой идиоткой. Ник. Никитин Леха. Конечно. Она совсем забыла, как его звали.

– Это ты, да?

Мужчина продолжал гипнотизировать её глазами, ожидая объяснений.

– Да блин, у тебя там внизу не администратор, а сторожевой пёс. Она меня не пускала, а поговорить очень нужно. Это, между прочим, взаимовыгодное предложение.

– Зная тебя, изрядно сомневаюсь о присутствии чьей-то выгоды, кроме твоей собственной.

И, будь любезна, слезь с тумбы. Вид твоих достоинств сильно смущает моих сотрудников.

Марго осторожно покинула уже почти родную опору и, одернув платье, замерла напротив брюнета, который в белой рубашке с галстуком и в строгом пиджаке смотрелся, словно эротическая мечта любой половозрелой женщины.

– Так вот…

– Жди в приёмной, – отрезал Ник, не давая ей закончить начатую фразу.