Безрассудство

] и сразу же перевела их на английский:

– «Здесь кончается легенда о рыцаре и колдуне. Я, Филипп Блуа, поведал истину. Книга эта была написана для моей дамы и принадлежит ей. Тот, кто тронет эту книгу, будет проклят. Он будет жить среди воров и убийц. Он будет повешен, он будет предан адскому пламени».

– Все предусмотрено, – сказал Габриэль, – это старое доброе проклятие любого вора заставит призадуматься.

– По-моему, писцы были совершенно правы, что использовали все средства, лишь бы сохранить эти великолепные произведения искусства.

– Всего-навсего романчик о рыцарях «Круглого стола», – пробормотал Нэш. – Глупая история, сочиненная, чтобы развлечь какую-нибудь развратную придворную даму. «История схоластики», которую я приобрел вместе с ней, куда важнее. И все-таки она хороша, не так ли?

– Она просто бесподобна! – Феба почтительно спрятала книгу в ларец. – Поверьте, мистер Нэш, я буду беречь это сокровище.

– Ладно, лучше берите ее и ступайте. – Нэш с трудом заставил себя оторвать взгляд от ларца с манускриптом. – У меня сегодня ночью полно работы.

– Я понимаю. – Феба подняла тяжелый ларец.

– Позвольте мне. – Габриэль решительно забрал ношу из рук Фебы. – Вам трудновато будет управиться с ней, поймите.

– Спасибо, я отлично управлюсь.

– Нет уж, книгу понесу я. – Габриэль загадочно улыбнулся. – Вы просили меня быть сегодня вашим рыцарем.

– Да-да, ступайте, – проворчал Нэш. Он уже уселся за стол и взял перо. – Миссис Стайлс проводит вас до двери.

Делать было нечего. Габриэль пропустил Фебу вперед, и она вышла в загроможденный книгами холл. Что-то в выражении его глаз насторожило ее.

«Конечно же, он не посмеет силой отобрать у меня книгу, – думала девушка. Феба и на минуту не могла себе представить, чтобы ее галантный рыцарь превратился в коварного разбойника.

Миссис Стайлс ждала их у входной двери. Она сразу заметила ларец в руках Габриэля:

– Все-таки поменьше книжной пыли. Впрочем, хозяин тут же пойдет и купит взамен десяток других. Но зато уж на этот раз я получу свое жалованье.

– Всего наилучшего, миссис Стайлс, – сказал Габриэль. Он взял Фебу под руку и вывел ее в ночь.

– Я заберу у вас манускрипт, как только сяду в седло, – поспешно произнесла Феба.