#Чуматур

Вполне достаточно, чтобы при хорошем темпе миновать два перевала – Гузерипльский и Армянский, спуститься к приюту Фишт и оттуда пройти еще дальше, в зачет пропавшей в Майкопе половины дня.

Совсем скоро лес закончился, сменившись высокими, в человеческий рост лысыми кустарниками. Через несколько минут закончились и они. На смену пришел безжизненный, серо-белый ландшафт. На склонах гор, вдоль которых шли путники уже лежал снег. Несмотря на это, солнце пекло так, что Леля, хотела убрать в рюкзак и свитер.

– Смотри, обгоришь. Что потом с тобой делать?

– Лечить, – засмеялась она.

Денис хотел что-то ответить, но Чижиков вдруг заорал:

– Смотрите! Это медведь!

От услышанного у Лели внутри все похолодело. Боясь даже повернуться, она почувствовала, что не может глубоко вдохнуть.

Денис развернулся и направился в сторону остановившегося и рассматривающего что-то на дороге, Чижикова.

– Вот, – сказал он, указывая рукой на след, явно проступавший на бурой поверхности.

Белкин склонился над дорогой и зачем-то потрогал след рукой.

– Молодец, что заметил, – похвалил он Чижикова и тут же достал мобильник, чтобы снять видео. Хотя сети все еще не было, Денис планировал выложить сенсацию на ближайшем же перевале.

– И что будем делать? – спросила подошедшая, все еще взволнованная Леля.

– Мысли широко, детка – Белкин подмигнул ей. – Был след, а стал бегущий по склону мишка.

– Смотри не накаркай, – буркнул Вася и тоже сделал фото следа.

Дорога еще какое-то время шла ровно, а потом стала забирать вверх к перевалу. Леля снова почувствовала, что усталость становится нестерпимой, а плечи, о которых она на время забыла, горят огнем. Чтобы хоть как-то отвлечься, она стала вспоминать все известные стихи, которые учила в школе. Когда подъем стал очень крутыми, Леля принялась тихонечко напевать. Денис шел достаточно далеко впереди, Чиж – метров на пятьдесят сзади. Ее пение никто не мог бы услышать. Глядя на стремительно удаляющегося Белкина, она с грустью подумала, что на его месте ни за что бы не стала бросать себя.

Подумав об этом, Леля притормозила, дожидаясь пока ее догонит Чижиков. Судя по его изможденному лицу, можно было подумать, что ему хуже всех. Леле даже стало жалко его.

– Как дела, Васяня?

– Могло быть и лучше, – Вася попытался улыбнуться.