Так будет не всегда

Стоило Дмитрию показаться из машины, как женщина закатилась истеричным смехом и обрушилась на него всей массой пышущего тела:

– Дмитрий Александрович, вы такой молодец! Мы вами бесконечно восхищаемся! – насилу шевеля губами, бормотала она.

– Полезайте в машину, милая вы моя женщина, – Дмитрий бережно развернул осоловевшую даму в сторону открытой двери.

Скользя на гладкой подошве туфель, поддерживаемая крепкими руками, женщина наконец-таки втолкнулась в салон автомобиля.

– Спасибо! – бросил Дмитрий водителю, ответив на предложенное рукопожатие.

Джип без промедления тронулся с места. Дмитрий повернулся к жене. Никины брови взмыли вверх и, казалось, были готовы залезть на затылок.

– Чего спать не легла? – мужчина неспешным уверенным шагом направился к супруге.

Ника стояла на небольшом выступе возле калитки, и, хоть девушка и находилась на три ступеньки выше мужа, их лица оказались на одном уровне. Мужчина остановился в шаге от нее и устало прислонился головой к стене. Ника плотнее закуталась в куртку:

– Ляжешь тут спать, как же! И чего я переживала? У тебя все в полнейшем порядке!

– Ты про Татьяну Васильевну? Прикалываешься? – губы Дмитрия еще больше растянулись в пьяной ухмылочке.

– Да нет. Если эта женщина в таком состоянии, то что там твой молодой цветник творил на корпоративе, страшно представить. Все обожают Дмитрия Александровича! Вешаются ему на шею! А он только рад!

– Ты, случаем, не забываешься, а? – Дмитрий оттолкнулся плечом от стены. Янтарные глаза разом потемнели, с напором впиваясь в бледное женское лицо.

Ника сжалась изнутри. Она знала, стоит ей продолжить в том же тоне, и муж мгновенно поставит ее на место. Физически Дмитрий никогда не угрожал ей, однако последующее моральное надругательство было куда мучительнее. Молчаливые пытки, сменяемые колкими замечаниями и унижениями, действовали безотказно. Переждав, когда Дмитрий остынет, девушка, обычно удостаивалась подробных объяснений, в которых выяснялось, что Дмитрий прав.

Всегда. Мужчина без труда изворачивал любые доводы жены, которые превращались в ее больную фантазию, не более. Поэтому она осознанно изничтожала зарождавшуюся ссору, стоило ей приблизиться к критическому моменту невозврата. Доказательство собственной правоты давно потеряло значение, как бессмысленная борьба кролика в крепких объятиях изворотливого удава.

– Я хочу, чтобы ты понял меня правильно… – начала осторожно Ника, не сводя взгляда с подвижных скул мужа.