Так будет не всегда

Ника часто поглаживала татуировку, когда мысленно обращалась к мужу.

«Как может не прийти в голову набрать короткое сообщение, что все в порядке! И чем можно заниматься с шести вечера до трех часов ночи?.. – она вытянула вперед подрагивающие кисти. – Все, это край. Нужно звонить».

Мобильный тут же оказался в руке. Ника провела пальцем по экрану и замерла, крепко прижав телефон к уху. После первого, излишне длинного гудка последовал второй, затем третий. С каждым гудком сердцебиение громче и старательнее отстукивало ритм в ушах.

– Вероника? – весело спросила незнакомая женщина.

Ледяные иглы вонзились в затылок, запустив волну болезненных мурашек по шее и спине. Ника опустила телефон и посмотрела на экран, но номер был набран правильно.

– Да… Дмитрия можно услышать? – искусственным голосом выдавила она.

– Не-е-ет, – голос незнакомки фонтанировал озорными перекатами.

На заднем плане Ника услышала невнятное бурчание мужа и странную возню.

– Я отдам телефон только Никочке! – завизжала женщина, обращаясь к спутнику. – Мы уже подъезжаем!

В трубке загудело.

«Как же я тебя ненавижу!» – Нику разрывало от безмолвного крика. Она стукнула экраном телефона об подоконник.

Полоска света мелькнула в оконном стекле. Синий джип свернул с шоссе и медленно катил, прокладывая дорогу по заснеженной колее между коттеджами.

Ника спрыгнула на пол и побежала к лестнице. Перескакивая ступеньки, она через секунду уже копошилась в коридоре.

Схватив из зеркального шкафа первую попавшуюся куртку, Ника всунула голые ступни в уличные тапки и выбежала на улицу. За калиткой присвистнули тормоза. Ника выскочила за забор. Полы светлой велюровой куртки мужа болтались из стороны в сторону, едва прикрывая женские колени.

Из джипа, чертыхаясь и сгибаясь от пьяного веселья, вывалилась дама средних лет. Красное платье плотно обтягивало торчащие складки ее неладного тела, а кожа на голых руках, провиснув вниз, свободно болталась при малейшем движении.

Держась за открытую дверь, женщина лениво переступала ногами, шаркая каблуками по обледеневшим плитам.

За ней из машины вышел муж Ники. Лицо Дмитрия, по природе своей мужественное и привлекательное, теперь казалось припухшим и бессознательным. Красивые раскосые глаза сузились сильнее обычного, а крупные пухлые губы обратились в одностороннюю ухмылку.