Ювелирная работа

Она быстро направилась к себе в спальню и тут же вернулась, держа в правой руке вчерашнюю находку, а для кого-то несомненно пропажу.

– Надо бы вернуть, вдруг там что-то важное или нужное, – сказала она.

– Почему «или»? – спросил Евгений. – Что, неужели одно исключает другое?

– Не цепляйся к словам, – отмахнулась от него Лариса, внимательно разглядывая испещренные аккуратным почерком страницы.

– А читать чужие письма неприлично, – заметил супруг.

– Ну, во-первых, это не письмо. И здесь нет ничего, кроме имен, адресов и телефонов.

Никаких личных мыслей, идей и соображений, – резонно парировала она выпад поборника морали и нравственности. – А во-вторых, как я узнаю, где искать владельца? Единственный способ – найти что-то здесь.

И Лариса продолжила изучение записей, углубившись в клетчатые листочки.

– О господи! – как бы взмолился муж, наблюдая за ее действиями. – Опять какие-то тайны мадридского двора!

– Не мешай, – одернула она попытавшегося вознести молитву Евгения.

– Что ты там такое пытаешься найти? – вопрошал он.

 – Если на обложке нет имени владельца, то вряд ли он будет вписывать себя в алфавитном порядке вместе со своими данными. Если, конечно, не страдает амнезией. Так что, милая моя, твои старания тщетны и смешны.

– Посмотрим, – пробурчала Лариса.

– А для него невелика потеря, – констатировал Евгений. – Купит себе новую, а то и на органайзер разорится.

В рассуждениях Котова был, конечно, здравый смысл. Лариса долистала книжку до конца, и опять ей попался заткнутый за край коричневой обложки из кожи неизвестного науке зверя листок, сложенный в несколько раз.

– Ну-ка, ну-ка! – нетерпеливо, по-деловому обеспокоенно произнесла она негромко, будто только что обнаружила нечто важное.

Она зацепила край бумажки и, вытянув, развернула ее. Это была квитанция, разлинованная и разбитая на какие-то столбики. Вверху значился отпечатанный номер. Все остальное было заполнено от руки через копирку и представляло собой какую-то тайнопись.

– Дай-ка взгляну, – проявил любопытство наблюдавший за ней муж, скептически, судя по всему, отнесшийся к возникшей у нее идее.

Просмотрев квитанцию, он авторитетно заключил:

– Филькина грамота на санскрите.

– Дай сюда, лингвист! – Лариса потянула листок к себе.

– Да ради бога, забери свои иероглифы. – Евгений разжал пальцы.

– Не упоминай имя господа всуе! Что-то ты сегодня чересчур набожный. Небось потому, что сам грешен с головы до пят.