Все началось с нее (сборник)

– Вы не волнуйтесь, – решила задать тон доверительной беседы Котова, боясь, что слишком строго с ним нельзя, иначе совсем замкнется.

– Это, знаете, возраст, – хватаясь за сердце, сказал Панаев. – Может, чего и забыл сказать. Оно ведь не упомнишь всего – жизнь-то большая.

– Но в ней бывают такие события, которые с течением времени не теряют былой яркости. А порой даже становятся более красочными, обрастая кучей подробностей личного и интимного характера.

– А собственно, вы о чем?

– Не стоит притворяться, – Лариса, прищурившись лукаво, но вместе с тем ободряюще улыбнувшись, понимающе произнесла: – Вы взрослый, убеленный сединами человек.

Возможно, говорить об этом сейчас трудно. А может быть, даже стыдно…

– Вы все-таки что имеете в виду? – Панаев слегка побледнел.

– Я хочу напомнить вам об эпизоде с некоей пэтэушницей, пятнадцатилетней девчонкой, которая была вашей любовницей, – выстрелила Лариса, пристально глядя в глаза Панаеву.

Панаев дрожащими пальцами закурил сигарету.

– Нелегко признаваться в ошибках молодости.

Или, может быть, зрелости, – слегка поправился он. – А был я ого-го какой! Я же спортом всегда занимался. Главный инженер – у всех на виду. И с женским полом всегда складывалось как нельзя лучше. Жена вот только очень ревновала.

– Я извиняюсь, Дмитрий Федорович, давайте перейдем прямо к делу, – прервала его монолог Лариса, побоявшись, что он отклонится от главного. – Убитая в ванной напоминает ту самую девчонку, с которой у вас была связь?

Панаев поднял глаза на Котову, пристально посмотрел на нее, потом затянулся большой, очень большой затяжкой и тихо сказал:

– Это она и есть.

Котова, на которую это заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы, тем не менее сделала вид, что она предполагала такой вариант ответа.

– Правда, я ее не сразу узнал, – сглотнул слюну Панаев. – Только потом пригляделся и понял, что это она. Ужас… Убийство, возможно, совершенное моим сыном. Не думал я, что наши пути снова пересекутся вот таким образом…

Он посмотрел куда-то вдаль, обращаясь скорее к какому-то образу, чем к реальному лицу.

Его взгляд затуманился, и он на мгновение остановился, тяжело переводя дыхание.

– Кстати, как вы думаете, почему я сознался в том, что я ее узнал? – с вызовом воскликнул Панаев-старший.

Лариса решила не оставлять эту провокацию без внимания. Есть прекрасная возможность поупражнять себя в выдвижении предположений. Тем более их сейчас же или опровергнут, или подтвердят.