Самый красивый кошмар (сборник)

Кроме всего прочего, я узнал, что здание на пересечении Советской и Чапаева отнесено к старому жилому фонду и на данный момент по решению комиссии является аварийным…

– Что? Вы в этом уверены? – насторожилась я. – Почему же Валерий Яковлевич ничего нам об этом не сказал?

– Потому что ему выгодно, чтобы эта информация не разглашалась, – объяснил Николай Федорович. – До самого последнего дня арендатору съемщик будет вносить условленную плату, а потом уже его просто попросят покинуть помещение.

– А как же комиссия по эксплуатации зданий допускает, что сейчас в аварийном здании работают люди? – удивилась я.

– Ой, да вы что, не знаете, что в наше время все можно купить за деньги? – ухмыльнулся Николай Федорович. – Думаю, у Валерия Яковлевича все схвачено, потому он так уверенно себя чувствует. Так что Золотова ничего не выиграла!

– А вы?

– Я даже рад, что вовремя избавился от этой рухляди. Мне предложили не менее хорошее помещение.

– А почему Екатерина Николаевна ничего не знала о заключении комиссии? – насторожился Валерка.

– Потому что Валерий Яковлевич запудрил ей мозги. Он в этом бизнесе работает уже не первый год и знает все его тонкости. Достаточно просто промолчать в нужный момент, подкинуть на подпись нужную бумажку.

– Мне Валерий Яковлевич показался очень приличным человеком, – высказала я свое мнение.

– У него свой бизнес, поэтому крутится как может, – вздохнув, заметил Николай Федорович.

– А зачем вы к нему сегодня приходили? – поинтересовался Валерка.

– Моя фирма расширяется, поэтому нам нужно еще одно офисное помещение, – объяснил Куракин. – Я обратился к нему, чтобы снять подходящий офис, но Валерий Яковлевич отказал мне, точнее говоря, предложенные им варианты не подошли мне.

Я с опаской смотрела на Куракина. Николай Федорович держался очень уверенно и спокойно. В какой-то момент он понял, что ему ничего не грозит, тем более что он достаточно откровенно изложил суть своего конфликта с Золотовой. Но доверять ему я все равно боялась. Слишком уж сильной была моя недавняя уверенность в том, что в произошедшем с Золотовой виноват именно он. Хотя теперь я убедилась, что серьезно ошибалась.