Никто не хотел убивать

Таня заявила, что уезжает в Москву на заработки.

– Кем?

Миронова подняла глаза на Ларису, несколько секунд гипнотизировала ее взглядом, показывая этим, что она должна догадаться без ее помощи. Она, естественно, догадалась, но хотела, чтобы Нелли сама произнесла это слово.

– Проституткой, – тихо сказала наконец Миронова, покраснев и отвернувшись. – Ко всему прочему, от нее иногда стало попахивать марихуаной. А мой муж ничего об этом и слышать не хотел – для него сестра была превыше всего.

– А вы не ревновали сестру к мужу?

– Таню? Да вы что? – несколько наигранно удивилась Миронова.

 – Она же совсем ребенок.

«А может быть, это не без ее помощи Таня уехала в Москву на заработки?» – промелькнула у Ларисы шальная мысль.

– Ладно, а чем она аргументировала свое решение? Как я понимаю, с деньгами у нее проблем не было…

– Таня считала, что родные от нее отвернулись… К тому же недавно ее мать вторично вышла замуж. Словом, она заявила, что никому не нужна, и решила всем отомстить. Но опять-таки своеобразным способом.

Она поехала в Москву и остановилась в каком-то притоне.

Лариса понимающе кивала головой. Миронова уже справилась со смущением и, наплевав на правила приличия, рассказывала Ларисе историю, не утаивая никаких подробностей.

– Она работает проституткой. Вы можете себе это представить! – восклицала она. – Петр даже поседел слегка, когда об этом узнал. Это был такой удар! А при теперешнем его положении это просто ужасно… – Нелли даже слегка всхлипнула. – А теперь она еще и пропала.

Она же постоянно звонила, чтобы нас уязвить: мол, вот она я, посмотрите, в кого вы меня превратили! Но мы по крайней мере знали, что она жива и с ней все в порядке. А теперь… Москва – ведь это ужасно криминальный город. К тому же путаны – это такая группа риска. Ее могли и убить, если она умудрилась попасть в какие-нибудь разборки…

– А вы пробовали звонить в Москву? В больницы, в морги, в конце концов?

– Да вы что! – замахала руками Миронова. – А если кто-то узнает об этих звонках? Я вас очень прошу нам помочь.

Ларисе так и хотелось спросить: «Помочь позвонить?» Но она только улыбнулась и промолчала.

– И все-таки я не поняла, каким образом ее могли взять на такую работу, если ей нет восемнадцати. Это же уголовное дело! Насколько я знаю, наши сутенеры предпочитают не рисковать.

– Я не знаю, – пожала плечами Нелли. – Может быть, она соврала про возраст. Девочка она была видная. Очень высокая, смотрелась прекрасно.