Гнездышко мелких гадов

 – Слушай, Олег, а что за мужик сейчас приходил?

– Преподаватель наш по английскому языку, Валерий Григорьевич Садальский, – ответил тот. – Он и у меня преподавал, и у Машки сейчас.

– Интересный тип, – процедила Антонина.

– И неженатый, – поддакнула Маша.

Никитин вдруг остановил свой взгляд на Лавриненко, и его осенило:

– А вот Тонька мне с английским все и срастит. За меня зачет сдаст, с Садальским по тихой договорится, и все, – он многозначительно подмигнул Лавриненко. – Ты ж на него явно запала.

Так вперед!

– Слушай, Серега, ты базар-то фильтруй, – помрачнел хозяин дома.

– Зачем так плохо говоришь? – поддержал его Варданян.

Ювеналий Добрынин осуждающе покачал головой, а сидевшая рядом с ним Оксана вспыхнула и уставилась в тарелку. Атмосфера в комнате продолжала накаляться. Антонина ушла из комнаты, не удостоив Никитина ответом. Наташа переводила непонимающий взгляд с одного лица на другое и глупо хлопала глазами.

– Пошла набираться опыта мастурбации, – прокомментировал исчезновение Лавриненко совсем разошедшийся Никитин.

 – Нет, ты смотри, Садальский-то какой у нас мужик. Крышу срывает у молодых девчонок. Даже у таких нестандартных, как Тонька. Надо же, а, Диман? Ты чего сидишь вялый? – толкнул он в бок приятеля.

Шатилов, несмотря на то, что внутренне поддерживал Никитина, все же понимал, что тот сейчас переходит грань. Об этом можно было судить по тому, как наливалось кровью лицо обычно невозмутимого и радушного практически в любых ситуациях Олега Губина.

Маша совсем растерялась – покраснела, затеребила скатерть и бумажную салфетку в руках и откровенно не знала, что ей делать дальше. Ювеналий по-прежнему сидел и осуждающе молчал, надувшись, как мышь на крупу. На выручку неожиданно пришла Оксана Комолова.

– Знаешь что, Сережа, – тихо, но твердо сказала она, – по-моему, тебе все-таки лучше отсюда уйти. Пока ты совсем не съехал.

– Куда это я съехал? – набычился Сергей.

– Да, в самом деле, Серега, ты сегодня перебрал, – поддержал Оксану Олег.

 – Иди-ка, проспись дома.

– Если ты поссорился с Любой, никто не виноват в этом, – сказала свое слово и Маша.

– Но для нее лучше будет, если она не станет с тобой мириться, – в сторону сказала Оксана.

Никитин снова взвился. Он поднялся над столом, но покачнулся и, облокотившись на Варданяна, ткнул пальцем в Оксану.

– Эй ты! Ты еще тут вякать будешь? Забыла, кто ты такая, что ли? – угрожающе заговорил он. – Ща я тебе напомню.