Фортуна на стороне мертвеца

– Что вы знаете о моей работе? – спросила она.

Вы должны понять, что предыдущие пять лет жизни я в основном каталась туда-сюда по стране, спала в трейлерах и грузовиках и получила довольно-таки уникальное образование. Но в него не входило регулярное чтение нью-йоркских газет.

Вы наверняка подумали: ну как эта деваха может не знать, кто такая Лилиан Пентикост? Самая известная женщина-детектив в городе, а то и в стране. Женщина, выследившая убийцу Эрла Рокфеллера. Раскрывшая личность Бруклинского мясника. К которой обратилась сама Элеанор Рузвельт, когда кто-то попытался на нее надавить.

На все это я могу ответить только одно: я способна с завязанными глазами вскрыть замок, пройти по канату в двадцати футах над землей, причем без страховки, и побороть мужчину в два раза крупнее меня. А вы?

Однако ей я ответила вот что:

– Я знаю о вашем занятии только то, что рассказали в полиции. Вы вроде как частный сыщик.

– Да, частный детектив.

– И люди платят вам, чтобы вы разгадывали загадки, когда полиция заходит в тупик.

– Обычно я беру дела, с которыми полиция не может справиться или по каким-то причинам не желает тратить на них время и усилия.

– Вроде убийства этого Маркела?

– Это был необычный случай. Маркел – мой знакомый, так что тут дело немного личное.

При этих словах она отвернулась. Что довольно показательно. И тут я впервые заметила, что ее левый глаз не в порядке. Он не был того же серо-голубого оттенка, как правый. И выглядел каким-то плоским, по-другому отражал свет.

– Так какое это имеет отношение ко мне? – поинтересовалась я.

– Как вы наверняка заметили, у меня есть некоторые физические ограничения.

– Ага, заметила. Это склероз, да?

– Рассеянный склероз. Вы очень проницательны.

– У меня была кузина со склерозом. Правда, ее состояние было хуже вашего.

Это мягко сказано. Когда я видела Лауру в последний раз, она проводила в постели больше времени, чем на ногах.

Мисс Пентикост мрачно кивнула.

– Да, врачи говорили, что у меня симптомы прогрессируют медленнее, чем у других. – Она бросила злой взгляд на прислоненную к столу трость. – Но все же прогрессируют.

В здоровом глазу мелькнуло нечто похожее на ярость. Мисс Пентикост глубоко вдохнула и медленно выдохнула, и это выражение исчезло.

– В моей профессии много стрессов, она изматывает и физически, и умственно.