Врата Мертвого дома

Калам невольно все больше и больше привязывался к скакуну, правда пока еще не был готов себе в этом признаться.

Убийца обернулся и увидел стену бури совсем рядом, меньше чем в сотне шагов от себя. Обогнать ее, пожалуй, не удастся. Вихрь взбитого песка отмечал границу, где ветер встречался с землей. Калам разглядел в этом воздушном прибое камни размером с кулак. Громогласный рев бури заглушил все звуки: она нагонит их буквально через несколько минут.

Калам разглядел на охряном фоне сероватое пятно – оно двигалось чуть впереди, наперерез всаднику.

– Да будь у тебя хоть капля мозгов, ты бы меня только поблагодарил, – буркнул Калам.

Серое пятно было роем клещеблох. Прожорливые насекомые с нетерпением ждали песчаной бури, а затем неслись по ветру в поисках добычи. Хуже всего, что напрямую их обычно не видно: разглядеть клещеблох можно только сбоку.

Стоило рою этих тварей промчаться перед всадником, как пришла буря.

Жеребец зашатался, когда стена песка накрыла их обоих. Весь мир вокруг разом пропал, провалился в охряный морок, воющий и шипящий. Со всех сторон летели камешки, так что конь постоянно вздрагивал, а Калам постанывал от боли. Убийца склонил укрытую капюшоном голову, прищурился, глядя через узкую прорезь в повязке телабы, и пустил коня шагом.

Калам наклонился в седле, протянул руку и прикрыл левый глаз жеребца, чтобы защитить его от камней и крошева: надо же позаботиться о скакуне.

Еще минут десять они двигались вперед в непроглядном мареве поднятого в воздух песка. Затем жеребец фыркнул и попятился. Что-то треснуло и захрустело под копытами. Всадник наклонился и прищурился. Кости – со всех сторон. Бурей сдуло кладбище – такое случается. Сжигатель мостов успокоил коня, а затем попытался разглядеть в охряном мороке хоть что-нибудь. Где-то рядом должна быть Ладрова пристань, но Калам ничего не видел. Он снова поехал вперед. Жеребец грациозно переступал через груды костей.

Впереди показалась береговая дорога, а дальше – караулки по обе стороны моста. Деревня, должно быть, где-то справа, если только ее не сдуло бурей ко всем демонам. За мостом стоит Ладрова крепость.

Обе одиночные караулки зияли пустыми дверями, словно глазницы огромного черепа.

Калам поставил жеребца в конюшню, пересек двор, сгорбившись под ветром и покряхтывая от боли в ногах, и приблизился к воротам крепости.