Сады Луны

– Убийца, Высокий дом Тени. Узел, граф бесконечных вервий, Покровитель Убийц вошел в эту игру. – На миг ей показалось, что она слышит вой Гончих Тени. Чародейка положила руку на четвертую карту и испытала странные ощущения: сперва волну узнавания, а затем что-то вроде приступа ложной скромности. – Опонны: Госпожа в прямом положении, а Господин – в перевернутом. – Она вытащила карту и положила напротив Тайскренна.

«Вот твоя преграда. – Она слегка улыбнулась. – Побейся об нее, высший маг. Госпожа смотрит на тебя с отвращением».

Рваная Снасть понимала, что в сердце Тайскренна, словно горячие угли, пылают вопросы, но он их не задаст. Слишком много силы стоит за этим откровением. Почувствовал ли он присутствие Взошедшего? Может быть, это его испугало.

– Монета, – услышала она собственный голос, – вертится, высший маг. Лицо на ней видит многих, а может, лишь избранных – вот, посмотри сам. – Она положила пятую карту рядом с Опоннами, край к краю. – Еще одна независимая карта: Корона.

Магический Путь закрылся, Взошедший резко отстранился от нее, словно бы игра ему наскучила. Глаза Рваной Снасти распахнулись, и неожиданное тепло окутало уставшее тело.

– В лабиринте Опоннов, – сказала она, посмеиваясь над истиной, скрытой в этом утверждении, – я не могу пройти дальше, высший маг.

Тайскренн громко выдохнул и откинулся назад.

– Ты зашла куда дальше, чем удавалось мне, чародейка. – Он напряженно взглянул на нее. – Я восхищен твоим мастерством, хотя и не слишком рад тому, что ты мне сообщила. – Тайскренн нахмурился, оперся локтями о колени и сложил перед лицом длинные пальцы. – Вертящаяся монета, этот вечный звон. Наверняка своеобразный юмор Шутов: даже сейчас я чувствую, что нас сбивают с толку. Дева Смерти – это самая вероятная ловушка.

Теперь пришел черед Рваной Снасти восхищаться его проницательностью. Значит, высший маг – один из адептов. Неужели он тоже слышал смех, которым сопровождалось появление карт на столе? Она от души надеялась, что нет.

– Возможно, ты прав, – сказала чародейка. – Лицо Девы все время меняется: это может быть кто угодно. Чего не скажешь про лица Опоннов или Узла. И да, – она кивнула, – очень возможно, что это ловушка.