Английский сезон

Она ехидно улыбнулась.

– Ни за что не променяю итальянскую пиццу на какой-то там фастфуд.

Челси все больше и больше начинает мне нравиться! Никогда нельзя судить человек только по его статусу и внешнему виду. За этим скрывается совсем другое. Только не в случае с Коулом.

Мы приступили к поеданию. Я лишь с маленьким желанием начала есть. За все то время, что я сражалась с анорексией, я напрочь отбила свой аппетит. Его просто-напросто нет. Он появляется лишь тогда, когда из-за журчания в желудке мне становится плохо.

– Ты ешь, как свинья, – сказал Коул, смотря на меня и сидя напротив меня.

К слову, все замолчали. По коже пошли мурашки, потому что я никак не ожидала услышать таких слов от него.

– Что прости? – переспросила я, словно не услышала.

– У тебя на щеке и в уголках рта паста и кусочки теста, – ответил он.

Мои глаза резко скакнули на лоб и вернулись обратно.

– У тебя, что вместо глаз увеличенные стекла стоят? – спросила я. – Я в твоей помощи не нуждалась.

– Ну как хочешь, – пожал он плечами, кинув на поднос салфетку. – Правда ты могла бы ходить потом так по улице и привлекать к себе внимание, выслушивать…

– Достаточно. Я могла бы спокойно вытереться салфеткой, как это делают культурные люди после приема пищи.

– Да? А я думал, что у дочери директрисы должны быть рядом няньки.

Я посмотрела на него оскорбленным взглядом.

– Коул, ты перегибаешь палку, – вступилась за меня Челси.

Обстановка, мягко говоря, накалилась. На лице Коула заходили желваки. Понятно было, что ему неприятно находится со мной в компании. По всей видимости мы с Челси помешали им, когда сели за стол.

– Кажется, мы лишние, – буркнула Челси и встала из за стола.

Я встала следом за ней, кинув на Коула прожинающий взгляд.

О машине и о своих желанных правах я вспомнила только тогда, когда мы вышли из торгового центра.

– Мы что-нибудь придумаем. К тому же кататься на втором этаже автобуса куда более интереснее, чем с такими черствыми людьми на кабриолете.

Но я переживаю за машину. В то же время Райли на моей стороне. Мы столько лет дружим! Бабушка нас вместе на горшок садила.