Английский сезон

Райли усмехнулся и сел в машину.

– Можем ехать? – спросил он, заводя двигатель маминого кабриолета.

– Нет, мы ждем еще одного человека, – волнуясь сказала я и в боковом зеркале увидела Челси, быстро идущую к машине. Она накинула на голову капюшон черного худи. Только вряд ли это как-то поможет, если нас все-таки заметят. Я поправила зеркало и увидела рядом с ним еще одного человека – Коула. Какого черта?

– А он тут что делает? – возмущенно спросила я.

Из-за поднятой крыши я не смогу обернуться назад и посмотреть.

– Что ты делаешь? – спросил Райли, заметив, что я кручу зеркало. – И о ком ты? – Райли выглянул из машины и понял, о ком я говорю. – А что она тут делает?

– Нам нужно купить ткани для костюмов на бал, – ответила я и приготовилась к началу новой атаки.

– А без нее никак?

– Нет, Райли. Прости, но придется потерпеть ее этот день, – сожалея попросила я.

Челси и Коул подошли к машине и сели на задние сиденья.

– Никогда бы не мог подумать, чтобы директор университета так зарабатывали, – дружелюбно поприветствовал Коул, пристегивая ремень безопасности.

Я хорошо помню, как мама копила деньги на хорошую машину. У нее с детства была мечта купить себе кабриолет, чтобы гонять на нем по шоссе и петь песни Бритни Спирс. Хотя она и директор такого высокого по уровню университета, в душе она тот еще ребенок. Мама даже не сразу стала воспитывать меня. Ее воспитание началось, когда мне исполнилось двенадцать, и то только потому что об этом ей, мягко говоря, намекнули бабушка и дедушка.

– Эй, а где привет? – сказала ему Челси, пихнув его в бок. – Прости, – сказала она мне. – Я не смогла его оставить. Он, как маленький ребенок, попросился взять его с собой.

– Я не хочу еще одни выходные сидеть в этом захудалом месте, – буркнул Коул, устраиваясь поудобнее.

– Класс, – выдохнула я, пытаясь не париться уже сейчас о том, какие последствия могут нас ждать здесь по возвращению.

Райли развернулся ко мне и посмотрел на меня гневным взглядом.

– Не надо, Райли, пожалуйста. У меня нет прав, а машину я доверяю только тебе. Так что, пожалуйста, давай хотя бы этот день проведем спокойно, – попросила я.

На его лице я увидела долгожданное смирение.

– Я тебя не вижу, и ты меня не видишь, – сказал он, покосившись взглядом на Челси и завел двигатель.