Черный ворон, рыжая ворона

Дома меня ждет мягонькая подушка, мохнатые тапочки и луна в проеме окна. На нее можно повыть, когда особенно тошно. А тошно мне всегда.

Я начала подниматься с барного стула. Вот ведь придумают такие. На них шиш влезешь, шиш слезешь.

– Кто-то тут заикался про потрахаться? Я бы не отказался. Если предложение еще в силе, – мне на руку опустилась чужая ладонь и тут же прошлась вдоль предплечья, вызывая дикие мурашки, вмиг побежавшие по коже. Ладонь обхватила запястье, да так, будто тисками.

Я резко повернула голову, чтобы узнать, кому принадлежит хриплый, чуть каркающий голос и наглая конечность, внутренне готовясь словесно отбрить.

И тут же замерла.

Мудак.

Это слово чуть не сорвалось с кончика языка.

Рядом со мной стоял именно тот мужчина, который еще недавно сидел за другим концом барной стойки. И как только подошел, что я его не почувствовала? Это оставалось загадкой. Обычно кожей ощущала присутствие живых существ в радиусе метра, а то и больше.

– Так как? – напомнил о себе незнакомец, пока в моем мозгу шли мыслительные процессы, связанные с тем как бы поядовитее отшить мужика. Видимо взгляда мертвой кобры ему было недостаточно. Хотя, я наверняка знала, что именно перед собой видит незнакомец.

Как-то Влад сказал, что я своим взглядом могу убить, не надо даже и руки марать. После смерти моего лю…, короче, после смерти мой взгляд изменился и теперь его практически никто не выдерживал.

А этот ничего… терпел. И даже глаз не отводил от моих жемчужно-серых. Впрочем, у него у самого глаза были настолько темные, что зрачки практически сливались с радужкой.

Послать его в пеший тур с эротическим уклоном? Или куда подальше? А нечего к старым теткам в баре приставать.

– Что как? – я тянула время, не зная, что ответить. Одна часть меня хотела отшить незнакомца, да так, чтобы ему не повадно было приставать к одиноким женщинам. А другая настоятельно советовала воспользоваться вдруг подвернувшимся шансом. Слова Влада об операции все не шли у меня из головы.

Нет. Под нож я не хочу.