Черный ворон, рыжая ворона

Во-первых, с мудаками у меня никогда не складывалось, а, во-вторых, для мужчин типа моего незнакомца такого понятия, как вторая встреча нет и в помине.

Я лишь об одном желала, чтобы меня хотя бы не отвратило от секса вообще, и я не плюнула на все и не ушла в самом разгаре процесса.

– Тогда пошли в душ, – и меня начали подталкивать в сторону душевой кабинки.

Что было удобно сделано в душе, так это то, что никакого поддона не предусматривалось, а сток воды находился прямо в полу.

Я грешным делом подумала, что мужчина выбрал это место с определенной целью, чтобы я оказалась зажатой в узком помещении без возможности сбежать.

Вроде как протестовать резона не было, да и пока желания удрать не возникло, вот я и поддалась на предложение. Однако мужчина меня удивил, потянувшись за бутылочкой с гелем для душа. А после и вовсе открыл ее и, судя по всему, собрался кое на кого вылить жидкость.

– Если ты заметил, то я еще немного одета, – намекнула на присутствие на мне трусиков и чулок.

– Так даже забавнее. Ты когда-нибудь принимала душ в одежде? – я в удивлении обернулась, посмотрев на мужчину. – А сейчас исправишь упущение.

И тонкая струйка геля потекла на мое полностью сухое тело.

Я думала, что незнакомец тут же включит воду и начнет смывать гель с тела, но не тут-то было. Когда закончилась первая бутылочка геля, в ход пошла вторая. В итоге я оказалась полита со всех сторон гелем, который стекал по коже, пачкая трусики и скатываясь в чулки.

Липкие потеки геля вызывали неприятные ощущения на коже. Когда-то я опрокинула на себя вазочку с медом, так после долго отмывалась и все никак не могла отмыться. Мне казалось, что все еще липну, хотя об этом и речи не было. Гель чем-то напоминал мед.

Я потянулась к вентилю с водой, думая, что уже достаточно пребывать в липком состоянии и пора смыть с себя эту гадость. Однако моя рука была перехвачена на подлете.

– Рано. Терпи, – коротко бросил мужчина, принявшись растирать по моему сухому телу скользкую субстанцию.

– А ты и так ребенок для меня, – с невозмутимым видом произнес мужчина.

Я фыркнула. Еще никто и никогда не называл меня ребенком. Быть такого не было. Я всегда была взрослой и самостоятельной женщиной.