Черные паруса

Фура посмотрела на Прозор:

– Полагаю, у тебя есть версия на этот счет?

Прозор тоже подошла к лежащему. Присела на корточки, насколько это было возможно в скафандре, подцепила шлем за край разбитого лицевого щитка и подняла повыше, чтобы рассмотреть череп. Наклонилась и заглянула в пустые глазницы.

– Мм, – протянула она, как врач, намеревающийся сообщить больному плохую новость.

– Что? – спросила я.

– Этот разумник – мигальная башка. Точнее, был ею.

Я достаточно долго прожила рядом с Прозор, чтобы как следует обучиться жаргону космоплавателей, но это выражение слышала впервые.

Однако, поскольку мне было известно, что такое «мигальный», я рискнула сделать обоснованное предположение:

– Это как-то связано с начинкой черепов?

За решеткой лицевого щитка было видно, что Прозор кивнула.

– Бывает так, что команды становятся жадными или ленивыми, или у них просто не получается найти чтеца костей под стать черепу. И тогда они зачерпывают мигальное вещество из черепа пришельца и засовывают в собственный котелок – избавляются, так сказать, от посредника.

– Но как… и зачем… они это делают? – спросила я.

– «Как» – простой вопрос, – сказала Прозор. – Вы, девочки, видели Нейронный переулок. Такие места есть по всему Собранию, и нет услуги, которую там не предложат за подходящую цену. В голове просверливают дырочки, этакие миниатюрные шахтные стволы, и помещают мигальное вещество в серое, на разную глубину. Дырочки заделывают, мигалка пускает корни.

– Хорошо… А как быть с «зачем»?

– Время от времени это дает разумнику возможность разговаривать с костями – и не только – без дополнительной аппаратуры.

 – Прозор выпустила шлем, упавший в исходное положение, и встала. – Но как правило, за такое приходится платить. Иногда мигальное вещество обретает собственную волю. Принимается делать, чего не следует. Например, перешептывается со скафандрами, особенно с умными, имеющими разные причиндалы. Это приводит к своего рода уговору со скафандром, выгодным для обеих сторон.

– А разумник? – спросила я.

– Третий лишний. Не нужен ни мигальному веществу, ни скафандру. Обычно все завершается именно так. – Прозор пнула шлем сильнее, чем Фура до нее.

– Может, нам прихватить скафандр и труп? – спросила Фура, возвращая на место арбалет.

– Да пусть гниет, – ответила Прозор. – Тут нет ничего такого, что нельзя найти где-нибудь еще.

– Как думаешь, зачем мигальной башке понадобилось наше топливо? – поинтересовалась я.